Долго думал, как объяснить, почему одни «слабые» государства держатся десятилетиями, а другие рассыпаются за недели — при одинаковых институтах, одинаковом давлении, одинаковых индексах хрупкости. Ответ оказался не в институтах. Он в том, как решения, возникшие вне права, получают правовую форму. Назвал этот механизм конвертацией. А его предел — конвертационным разрывом.