Хорошие истории — плохой способ заботиться о живых. Начала год с невообразимо красивой игры "What Remains of Edith Finch" (2017) — "Что останется от Эдит Финч". Сочувственный симулятор ходьбы с минимальным геймплеем. «Лучшая игра года» на BAFTA Games Awards 2018. О чем: Главная героиня, 17-летняя Эдит Финч, возвращается в дом своей большой семьи, все члены которой мертвы. Изучая историю их последних мгновений, Эдит пытается понять, что стоит за этими смертями: родовое проклятие или что-то еще. Единственный член семьи, доживший до преклонного возраста, превратил комнаты погибших в мемориалы, рассказывающие Эдит свои уникальные истории. Каждая такая история — отдельный игровой эпизод, стилизованный под сказку, дневник, комикс, сон, галлюцинацию. В самой запоминающейся сцене одной рукой игрок разделывает рыбу на консервном заводе, а другой рукой — водит персонажа по все более усложняющемуся фэнтези-миру. И все это на одном экране, без разделения процессов, чтобы показать, как мозг затягивает внутрь поглощающей реальность диссоциации. В другом эпизоде — под "Вальс цветов" игрок управляет игрушками годовалого ребенка. В ванной. На этом уровне игра — про память, утрату, принятие и то самое «расскажи мне историю, чтобы стало не так страшно». На что похожа: По атмосфере, структуре и нарративу, лично для меня — "Сто лет одиночества" Маркеса и "Энканто" Диснея. У Маркеса семья живёт внутри мифа и не замечает, как миф пожирает реальность —"Финч" черпает оттуда цикличность, повторение ошибок под видом судьбы и дом как модель мира. В "Энканто" семья тоже живёт внутри мифа, но у них есть Бруно музыкальные номера, коллективная терапия и признание семейных травм хотя бы в виде "даров". О чём игра на самом деле: О том, что "проклятие" — удобная упаковка, которая снимает ответственность. Если виновата судьба, то не виноват никто. И это не спойлеры, а отношение Финчей к происходящему вне зависимости от рациональных (или не очень) объяснений. Это история про миф как форму бессилия, но и насилия. Игрок — не спаситель, а свидетель. Финал — не катарсис, а констатация. Красивые истории выжили. Близкие люди — нет. И если "Энканто" — это сказка о том, что травму можно проговорить, Маркес — о том, что травма становится судьбой, то "Что останется от Эдит Финч" — история о том, что проговаривание само по себе ничего не чинит, если структура остается прежней. Очень красивая игра. Очень вежливое обвинение. И дом, который помнит все — кроме того, как не убивать своих.