Наш опыт прохождения ПМПК ПМПК (медико-психолого-педагогическая комиссия) - это та комиссия, которой многие родители боятся. Боятся, что ребёнку «поставят ярлык», что закроют какие то возможности или направят «не туда». 6 марта мы с Кириллом проходили ПМПК. Первый раз мы проходили комиссию, когда Кириллу было 5,5 лет. Тогда нас направили из детского сада, в первую очередь для решения вопроса с логопедом и в целом для оценки дальнейшего маршрута. Это был отдельный опыт. Заключения от психиатров тогда во внимание не приняли. На тот момент у меня на руках уже было три заключения от разных специалистов с формулировками от «аутистикоподобный синдром» и «подозрение на РАС» до «атипичный аутизм». Все эти заключения в тот момент, можно сказать, тихо «курили в сторонке». На комиссии сказали, что никакого РАС у мальчика нет, что «вам его никто не ставил», рекомендовали наблюдение у невролога и ортопеда и на словах добавили: сходите к остеопату. Программу тогда поставили 5. И на том, как говорится, спасибо. Сейчас мы проходили ПМПК уже перед школой. Основных задач было две: А) определиться с образовательным маршрутом Б) попробовать попасть в ту школу, о которой я думала. В этот раз я записалась в другое отделение. С Кириллом заранее договорились, что мы просто придём, ему будут давать разные задания, и он делает так, как получится. На комиссии ребёнку предлагают разные задания, исходя из анамнеза и уровня развития. Это не один тест, а небольшой набор задач, который позволяет специалистам посмотреть разные стороны развития. Кириллу, например, предлагали: 🤩обобщать предметы по категориям (фрукты, овощи и другие) 🤩определить предмет, который показан не полностью 🤩задания на фонематический слух 🤩составить небольшой рассказ 🤩придумать задачу и задать её кому то 🤩проверить счёт 🤩ориентировку в частях тела, право и лево 🤩собрать целую картинку из частей по образцу. В начале комиссии у меня спросили цель прохождения и почему я ориентируюсь именно на речевую школу, ведь в детском саду Кирилл в целом усваивает общеобразовательную программу. Я объяснила, что да, он её усваивает, но чаще всего это происходит при индивидуальном подходе. В группе он довольно часто может бойкотировать образовательную деятельность, особенно задания, где нужно что-то делать руками или долго удерживать внимание. Пока Кирилла тестировали, остальные члены комиссии читали заключения и выписку по развитию. Я в прошлом году не поленилась и сделала достаточно подробную выписку от родов до настоящего времени: когда появлялись навыки, какие специалисты что писали, какие диагнозы ставили. В нескольких местах члены комиссии улыбались и переглядывались между собой, но вслух ничего не сказали. Я сделала вид, что ничего не заметила. В итоге Кирилл держался молодцом. Не все задания сделал идеально, где-то потребовалась помощь взрослого, но в целом справился вполне достойно. По итогам комиссии Кириллу рекомендовали образовательную программу 5.2 (1 отделение). Это программа для детей с тяжёлыми нарушениями речи. 1 отделение предназначено для детей с алалией, афазией, ринолалией, дизартрией, заиканием и общим недоразвитием речи, а также с нарушениями чтения и письма, которые могут затруднять обучение в обычной школе. Даже оценка ошибок в рамках этой программы проводится немного иначе. Комиссия предложила два возможных варианта дальнейшего обучения. Первый вариант - речевая школа (собственно, туда я и планировала). Второй вариант - обычная общеобразовательная школа, но при условии создания специальных условий обучения: например ресурсного или инклюзивного класса. Сложность второго варианта в том, что для него нужны специализированные учебники, регулярные занятия с логопедом, адаптация темпа обучения, иногда меньшая наполняемость класса. И далеко не каждая школа действительно готова это обеспечить. Поэтому для нас сейчас более понятным вариантом выглядит именно речевая школа. Там изначально предусмотрены занятия с логопедом и психологом, используются специальные учебники по р