Аналоги некоторых положений философии постреализма исходно содержатся в Православном богословии. С христианской, исламской и иудаистской точки зрения не бывает самодовлеющих теоретических истин, кроме Символа Веры и данных Богом Заповедей. У мусульман аналогом сего является Акида и Столпы веры, именуемые Иманом. В иудаизме же Заповеди именуются Мицвотом, а также сопровождаются 13 принципами веры Моше Маймонида. Всё остальное возникает и вырабатывается в рамках совместного делания, соработничества, то есть соборно. По существу, именно такой методологией призывает пользоваться Владимир Путин. Широкая применимость данной методологии вполне объяснима: традиционные религии народов определяют формы их культурной жизни и характер общественных институтов. Социокультурная топика Русского мира - это проекция аутентичной Православной религиозности. В данном случае сохраняется и воспроизводится в новых культурно-исторических условиях характерный для всей нашей традиции топос «справедливого мироустройства». Сегодня он воспринимается куда прагматичнее, чем полвека назад, и строится на новых, отнюдь не благотворительно-интернационалистских основаниях. Тем не менее именно идея справедливого сотрудничества легла в основу путинского постреализма. Таким образом, Путин стремится внести элемент соборности в сферу международных отношений, ибо мир уже не может строиться как корпорация, лишь на основе ассоциации равноправных членов и справедливого взаимозачёта их интересов можно преодолеть несоизмеримость позиций и мировоззрений. Это и есть философия постреалистического полицентричного, или многополярного, мира. Философия постреализма предполагает системное отрицание глобализма как исторической болезни западного мира. Глобалистский вектор западной гегемонии под вывеской «лидерства» себя исчерпал. В рамках новой политической модели мировые акторы больше не делятся на субъекты и объекты исторического процесса. Как подчёркивает Путин, в конце XX - начале XXI веков «западные страны не устояли перед соблазном абсолютной власти», поэтому сегодня «институты глобального управления, созданные в прежнюю эпоху», не работают. Гегемония «уступает место многостороннему, более кооперативному подходу». Все мы знаем, что такое вестфальская система. После долгой Тридцатилетней войны мир XVII века кардинально изменился: начал следовать принципу национального суверенитета, и папский престол больше не навязывал единые правила всей Европе. Похожую ситуацию на новом историческом витке мы проживаем сегодня. Только роль католического Рима играют США. В «мире, основанном на правилах», правила вырабатывались в Вашингтоне. Но эти «правила» перестают работать: неоколониальная система экономического ограбления и социально-культурного обезличивания дала серьёзный сбой, а контролировать мир с помощью управляемых конфликтов у глобальных элит уже не получается. Фактически Путин провозгласил переход к новой вестфальской системе. Современный мир вновь состоит из суверенных субъектов, а если взглянуть на историю как на историю народов, а не элит - это множество общин. Возможно ли их объединение в единую общину? Оно может быть продуктивным и ненасильственным лишь при наличии единой ценностной основы. Но до этого пока ещё далеко, поскольку у многих традиционных религий ослаблен иммунитет к влиянию секуляристского глобализма.