Блистательная русская хтонь современных авторов #отзывы_о_книгах #Лазарев В последние годы книги в стиле русской хтони идут косяком. Это своеобразный тренд современности. Термин "хтонь" происходит от греческого слова khthón, что в буквальном переводе означает "земля", "плоть", а в более широком смысле — "мрак" и "темные силы". В русском контексте хтонь — это не столько нечто сказочно-мистическое, сколько осознание глубин, родных корней, мрачных и загадочных элементов, которые всегда были частью русской истории, фольклора и психологии. Хтонь — это нутряная связь с природой и с тем, что ее глубоко скрыто от человеческого взгляда. Это дикая природа, заброшенные места, черные леса и тайные обряды. Добавлю несколько новых имен. Михаил Лазарев. "Курочка, открой дверь". Итак. Живет себе где-то в вологодской средней полосе крестьянин Прохор. Жена, дети, скотина, хозяйство — небольшое, но справное. И еще есть курятник. И в этом курятнике начало происходить неведомое — по одной пропадают куры. Крестьянин начинает следить за курятником. И после ряда достаточно пугающих событий, Прохор лицом к лицу сталкивается с тем, что пожирает несчастных курочек. Это монстр с глазами, которые могут вылупиться где угодно, по всему телу. А еще ртов у него много. И изо рта может выскочить рука. Или нога. И вот фермер начинает с этим чудовищем бороться. И пуля его не берет! Берет только кинжал, который Прохору подарили проезжавшие мимо его дома казаки. Очень странные, кстати, казаки. Они, например, пели жутковатые песни: /Под кровавую луною льет кислотный дождь. Сто веков дорогой боли ты вперед идешь. За спиной лежит в руинах старый дряхлый мир. Ты велик, могучий воин — черный командир./ Дальше - больше. Угрюмая и малолюдная хроника войны с неведомой фигней в глухомани вдруг расцветилась и заиграла всеми оттенками багрового. К курятнику стали стекаться самые разнообразные юниты. Сначала предсказуемые — типа, спецслужбистов, телевизионщиков и представителей духовенства. Потом полезла полная дичь и неведомая суперфигня. Страсти вокруг курятника разрослись до апокалиптического масштаба. Короче, хтонь как она есть. Вот, к примеру, отрывок из повествования: /В центре сияния лежало безрукое тело. (...) Тело принадлежало хозяину участка, крестьянину Николе. Кажется, он был еще жив и слабо шевелил ногами. Но через секунду его облепили прибежавшие люди. Они вгрызались в Николу, как дикие звери. Дрались между собой за место у тела. (...) Их лица были перепачканы кровью, глаза широко раскрыты, лица искривлены в страшной усмешке. Рядом завывали немощные старики, которым не давали добраться до лакомства, но они все равно исступленно пытались пробиться к телу и лезли поверх умерших за своей страшной трапезой. Звуки кровавого пиршества, смех и крики сливались в ужасную какофонию./ Следует отметить, в повести совершенно не прописаны характеры героев, нет сколько-нибудь примечательных диалогов, однако эти недостатки искупаются, как ни странно, сюжетом. Он реально фееричен. На грани фола. Еще немного процитирую текст. Вот, для примера. /Сорока подвёл коня к небольшой площадке, куда утром стаскивали мешки с трупами. Квадрат пять на пять метров был накрыт брезентом и обильно засыпан опилками. — Что ж, — вздохнув проговорил сержант. — Не хочу я в тебя стрелять, но приказ есть приказ. Конь пристально смотрел на человека большими круглыми глазами. Сороке стало неуютно от этого взгляда. Он подошёл к лошади сбоку чуть позади головы. Посмотрел на пистолет в своей руке. — Вот такая нынче жизнь, лошадка. Убьют и имени не спросят. Сержант взвёл курок. Конь резко повернул голову, и, казалось, заглянул Сороке прямо в душу. — Meum nomen est Incitatus, — проговорил конь низким грубым голосом, совершенно непохожим на человеческий. Волосы на голове сержанта зашевелились. Он продолжал смотреть в глаза лошади словно заворожённый. Животное развернулось всем телом и двинулось вперёд. Сорока попятился, совершенно забыв о пистолете в руке. Он отходил назад ша