Я всегда металась между двумя мирами. С одной стороны — уязвимость, которая делает живым, но одновременно оголяет до боли, потому что ты начинаешь чувствовать слишком много и слишком не вовремя, и никто не спрашивает тебя, готова ли ты к этому, потому что само чувство — это уже факт жизни. В такие моменты, особенно когда приходит осознание, что контроль тебе не принадлежит и никогда по-настоящему не принадлежал, ощущения становятся сильнее, чем тебе хотелось бы выдерживать, и тогда в голову закрадывается странная, почти жестокая мысль о том, что любовь будто бы создана для врагов, потому что как ещё описать состояние, в котором ты испытываешь что-то внутри себя, не можешь этим управлять, а это «что-то» постепенно начинает управлять тобой. Мы всё время пытаемся нести себя вместе с другими людьми, выстроить правильную форму близости, сделать всё возможное, чтобы создать ту самую одержимость, которая была бы для нас безопасной, в которой можно дышать и не разрушаться. Кажется, что если найти правильную дистанцию, правильные слова, правильную степень вовлечённости, то вот тогда — можно попробовать. Но правда в том, что в одержимости другим человеком мы теряемся ещё сильнее, потому что отдаём ему не только внимание, но и право определять наше внутреннее состояние. По вкусу это похоже на десять ложек сахара, растворённых в воде, и подгоревший хлеб — вроде бы это можно проглотить, вроде бы это даже напоминает еду, но внутри остаётся ощущение чего-то неприятного, неправильного, того, что не должно было стать частью тебя. И тогда возникает вопрос: кто в итоге оказывается в выигрышном положении — тот, кто всё контролирует, кто не позволяет себе оставаться живым из страха снова столкнуться с болью, или тот, кто рискнул чувствовать? Но страх встретиться с болью — это уже признание её победы. Это значит, что когда-то она выиграла, и теперь ты выстраиваешь всю свою жизнь так, чтобы больше никогда не оказаться с ней лицом к лицу. Хотя в действительности, когда ты выигрываешь боль, она перестаёт быть угрозой и становится всего лишь опытом. Ты больше не боишься, потому что уверен в себе и знаешь: если это повторится, ты справишься и в этот раз. В этот момент ты возвращаешь себе свои чувства, свои ощущения, своё право быть живым — и отдаёшь это Богу, не как слабость, а как осознанный выбор.