Сегодня размышляла на тему того, как прокомментировать пост выше об интересе к священному. Может быть, кстати, и зря. Не все нуждается в наших человеческих комментариях. Более того, есть вещи, - особенно, конечно, священные, - находящиеся за пределами демиургического Логоса вообще. Просто потому что они там были вообще до всего - и до сотворения, и до наблюдения. И названий для них нет, определений для них нет, даже божественных слов нет, а уж человеческими они не измеряются и подавно. Но писать о священном и религиозном и правда интересно, потому что, как верно отметил автор поста, это ключ не столько к запредельному (хотя, безусловно, и к нему тоже), сколько к человеческому. Именно через опыт “присутствия тайны”, через тот самый мистический ужас (по Рудольфу Отто) человеком ощущается человечность, тварность. Отто, правда, не любит слово “священное”, заменяя его “нуминозным”, но это уже на любителя. Можно, конечно, еще поднять вопрос о том, тождественно ли священное и религиозное, но это тема для отдельного эссе. В данном случае ограничимся лишь тем, что Шлейермахер религию и религиозное (любую и любое) определял не как догмат, но именно как созерцание и прикосновение к священному и “бесконечно вечному”. И именно это все открывает в нас наше - человеческое - сердце и интуицию. *** Духовное бытие, будучи не областью, а способом или образом бытия, - подобно бытию как таковому - определимо и описуемо, следовательно, лишь в его значении для нас или действии на нас, но не по его содержанию; и именно поэтому оно по существу непостижимо. Встречаясь в нашем опыте с духовным бытием, мы стоим перед каким-то “нечто” не просто в том смысле, что оно есть нечто неизвестное или недостаточно знакомое нам, а в том смысле, что оно по самому своему существу не есть нечто определимое по содержанию, не есть нечто “то” или “иное”, а есть простое откровение бытия как такового, во всей изложенной уже нами трансрациональности и непостижимости этого понятия (…) Другими словами, кто имеет живой опыт духовного бытия, тот вне всяких отвлеченных умозрений с непосредственной самоочевидностью знает, что бытие не исчерпывается логически определимым предметным своим содержанием, а имеет иное измерение вглубь, выходящее за пределы всего логически постижимого и открывающее нам его внутренюю непостижимость. (с) С.Л.Франк, Человек и Бог