«Буксующая модель роста Китая и проблемы ее трансформации» В последние месяцы появилось огромное количество материалов, анализирующих перспективы развития китайской экономики. В первую очередь, эксперты обсуждают, удастся ли Китаю значительно нарастить внутреннее потребление. В целом, прогнозы скорее пессимистичные, поэтому широко обсуждаются и потенциальные последствия наращивания китайского экспорта — так называемый «Китайский шок 2.0». Предлагаем взглянуть на один из таких материалов — недавний выпуск подкаста OMFIF (британский аналитический центр, специализирующийся на денежно-кредитной политике, деятельности ЦБ и управлении госинвестициями), в котором своими соображениями поделился известный западный эксперт по китайской экономике Майкл Петтис. Ключевые тезисы: 🔺Китай долгое время поддерживал целевые темпы роста ВВП за счет кредитной экспансии и инвестиций без списания убытков. Однако по мере сокращения возможностей для эффективных вложений значительная часть инвестиций в промышленность, инфраструктуру и недвижимость стала непродуктивной. 🔺Избыточные инвестиции позволяют быстро наращивать инфраструктуру и производственные мощности, но одновременно закрепляют модель, при которой значительная часть ресурсов перераспределяется не в пользу домохозяйств. В результате доля их доходов в ВВП остается низкой, а внутреннее потребление — подавленным. 🔺Пока кредиты в основном направлялись в продуктивные инвестиции, быстрый рост долга компенсировался столь же быстрым ростом ВВП. Но с конца 2000-х годов долг в Китае стал расти быстрее ВВП. Это признак того, что модель роста все сильнее упирается в пределы наращивания долга. 🔺Крупный внешний профицит Китая — следствие его модели роста. Пока инвестиции оставались продуктивными, экономика могла расти без резкого расширения профицита счета текущих операций. Но когда отдача от инвестиций начала снижаться, а внутреннее потребление так и не выросло, внешний сектор стал компенсировать этот дисбаланс. Иначе Китаю пришлось бы мириться с более низкими темпами роста. 🔺Слабый юань поддерживает конкурентоспособность китайской промышленности, но одновременно ограничивает потребление, перераспределяя ресурсы от домохозяйств к экспортному сектору. Укрепление валюты могло бы повысить покупательную способность населения, однако одновременно подорвало бы позиции промышленности, на которую приходится более четверти ВВП. Поэтому такой путь для Китая слишком болезнен. 🔺В истории есть два примера ребалансировки. Один предполагает резкое сжатие роста и потребления, другой — длительную адаптацию через многолетнее замедление экономики. ▪️США в 1930-е гг. — быстрая, но крайне жесткая корректировка. В 1930–1933 годах ВВП сократился примерно на треть. ▪️Путь Японии — очень долгая ребалансировка. С 1986 по 2008 год наблюдалось повышение доли потребления в ВВП на 10 п.п. при крайне низких среднегодовых темпах роста ВВП — около 0,5% и при одновременном сокращении доли промышленности в ВВП с 27% до 19%. Еще один теоретически возможный путь — ускорение потребления за счет резкого роста производительности. Такой сценарий Петтис считает крайне маловероятным. «Если вы хотите повысить долю потребления в ВВП, у вас есть либо возможность ускорить рост потребления, а сделать это крайне трудно, в истории такого никогда не происходило, хотя теоретически это возможно. Либо вам придется допустить замедление роста ВВП. А проблема в том, что, пока Китай не позволит росту ВВП замедлиться, поднять долю потребления будет почти невозможно. ... первое, что вы делаете — это надеетесь на «пас отчаяния». На некий технологический прорыв, который каким-то образом вызовет скачок роста производительности. И вы направляете весь этот прирост производительности в заработную плату. Не в прибыль, не в налоги, а на 100% — в зарплаты. И, возможно, вы получаете такой всплеск производительности, который случается, условно говоря, раз в двести-триста лет и спасает вас. Но если этого не произойдёт, будет очень, очень трудно.» 🐉 О Китае в