Борис Рыжий Мой друг, так умирают мотыльки — на землю осыпаются, легки, как будто снегопад в конце июля. За горсточкою белой наклонись, ладонь сожми, чтоб ветерком не сдуло обратно наземь, а, отнюдь, не ввысь. Что держишь ты, живёт не больше дня, вернее — ночи, и тепло огня всегда воспринимает так буквально. Ты разжимаешь тёплую ладонь и говоришь с улыбкою прощальной: «Кто был из вас в кого из вас влюблён». И их уносит ветер, ветер прочь уносит их, и остаётся ночь в руке твоей, протянутой на встречу небытию. И я сжимаюсь весь — что я скажу тебе и что отвечу и чем закончу этот стих — бог весть. Что кажется, что так и мы умрём, единственная разница лишь в том, что человек над нами не склонится и, не полив слезами, как дождём, не удостоит праздным любопытством — кто был из нас в кого из нас влюблён. 1994