Следующий мой шажок-прыжок посвящён великому русскому писателю Саше Соколову. Затворник, скромник, советский диссидент и совершенно блестящий самобытный автор. Немного предыстории: Если прежде ничего не слышали о Соколове – вы не одиноки. Сама я лишь этим летом наткнулась на классный, но ныне свёрнутый подкаст «Гоголь прав», где ведущие обсуждали «Школу для дураков» и была совершенно очарована. Не просто роман — поэзия в прозе. О чём книга? Формально о мальчике с раздвоением личности и нелинейным восприятием времени, который ходит в школу, проводит лето на даче, влюбляется. Без строгого сюжета, без какой-либо структуры. Как и вся наша жизнь. Если эти формальности отбросить и размыть границы реального, как это делает Саша Соколов, то все случайные фразы и впечатления, скачки во времени и аллегория событий создают удивительный, тихий, безопасный мир, где всё замерло в красоте вечности. Это такая блаженная «Москва-Петушки», где не торжествует зло. Точнее, оно там настолько эфемерно, что его будто и нет. Зачем читать? Чтобы уйти от действительности и перенестись в дивные миры. Осторожно затеряться во времени и пространстве, забыться в череде таинственных хрупких летних дней, которым нет конца. Теперь это моя любимая эскапистская книжка. Занятный факт: Помимо общеизвестного факта о том, что роман отметил сам Набоков (я клянусь, вы увидите упоминание об этом примерно в любом издании книги), есть смешная байка про Бродского и его лёгкую претенциозность. Когда ИА впервые принесли рукопись, он счёл, что книгу написал его приятель и поэтому её похвалил. Когда выяснилось, что автор неизвестный ему Саша Соколов, Бродский радикально (и как мне кажется, совершенно незаслуженно) изменил мнение о книге, утверждая, что «каждый второй так в Ленинграде напишет». А я скажу: почитайте, ибо, неа, не напишет. И что в сухом остатке: Это невероятной мощи и красоты живой метафоричный текст. Блестящий языковой эксперимент, мастерство владения словом. Там всё сюрреалистично: железнодорожная ветка становится дачной веткой акации, а та – учительницей Ветой Аркадьевной. И это так органично, так спокойно трансформируется из обыденного в магическое, что остаётся только изумлённо замирать и думать, вот бы «Школа» не кончалась никогда. Браво, маэстро. Традиционная цитата: Я бы с удовольствием тут подкрепила всю книгу полностью, но увы. Пусть будет такая: «Мне легко бывает отыскивать вокруг себя и в памяти вещи, явления – и мне приятно о них думать, – которые невозможно ни задать на дом, ни выучить. Никто не в состоянии выучить: шум дождя, аромат маттиолы, предчувствие небытия, полет шмеля, броуновское движение и многое прочее. Все это можно изучить, но выучить — никогда» Книги без контекста