Когда деньги (не) имеют значения (1/2) ЦИК России опубликовал официальные данные о поступлении и расходовании денежных средств политическими партиями за последний квартал 2025 года. По этому поводу в «Новой газете» вышла моя статья о партийных бюджетах и финансовой эффективности политических партий. 🟢 Отечественные политтехнологи привыкли определять эффективность избирательных кампаний, подсчитывая, сколько партии и кандидаты потратили денег на один голос избирателя. Они же не перестают повторять избитую фразу о том, что «следующая избирательная кампания начинается на второй день после окончания предыдущей». Но тут же забывают про этот фактор при оценке эффективности кампании, предпочитая оперировать цифрами избирательных фондов. Фонды эти ограничены предельными тратами, в то время как текущий партийный бюджет подобных ограничений не имеет. При небольшой разнице в федеральных избирательных фондах предшествующее выборам финансирование оказывается колоссально диспропорциональным. 🟢 В среднем за последние три года ЕР потратила в 2 раза больше денег (9,6 млрд руб.), чем все остальные партии, вместе взятые. У партии власти в 4,5 раза больше денег, чем у КПРФ, и в 10-12 раз больше, чем у ЛДПР, «Справедливой России» или «Новых людей». Бюджет «Яблока» в 48 раз меньше бюджета ЕР и в 11 раз меньше бюджета КПРФ. Крупнейшие непарламентские партии («Яблоко» и «Партия пенсионеров») отстают по финансам от ближайшей парламентской партии в 4 раза. 🟢 ЕР – единственная партия, которая привлекает значительные средства от спонсоров. Остальные парламентские партии живут преимущественно за счет госфинансирования, которое рассчитывается по ставке 152 рубля за каждый полученный голос. КПРФ получает из бюджета страны 1,6 млрд (в 2024 – 2,2 млрд с учетом компенсации за президентские выборы), ЛДПР – 646 млн (1,1 млрд в 2024), СР – 639 млн, НЛ – 456 млн (967 млн в 2024). ЕР достается от государства 4,3 млрд – почти на 1 млрд больше, чем всем остальным партиям, вместе взятым. 🟢 За последние 10 лет единороссы нарастили свой бюджет в 2 раза, при этом их господдержка выросла всего на 20%. КПРФ увеличила бюджет на 39%, а ее госфинансирование подросло на 17%. ЛДПР за этот период потеряла 38% средств, «Справедливая Россия» – 33%, «Яблоко» – 18%. При таких раскладах бросить вызов партии власти способна только одна парламентская партия. Другой вопрос – делает она это или нет. У непарламентских партий возможностей стать парламентскими сегодня мало. Даже гипотетическое госфинансирование это положение не компенсирует: 3% по итогам прошлых выборов дало бы 257 млн, 4% – 342 млн. 🟢 Россия – не единственная страна, в которой партии получают государственную поддержку. Наиболее подходящей для сравнения является практика Германии, где госфинансирование осуществляется по сложной формуле, учитывающей как результаты выборов, так и полученные партиями членские взносы, пожертвования и общий объем привлеченных средств.  В целом суммы сопоставимы с бюджетным финансированием в РФ, однако разница между двумя основными антагонистами всего 32%: 66,6 млн евро у CDU/CSU против 50,6 млн евро у SPD. Непарламентская FDP получает субсидии (12,7 млн евро) на уровне парламентских Linke (12,2 млн евро) и CSU (13,5 млн евро). Отрыв двух ведущих партий от партий второго эшелона составляет от 2 (Grüne – 33,1 млн евро) до 4 (AfD, Linke, FDP) раз. Уровень господдержки российских партий второго эшелона отстает от ЕР в 7-9 раз. Непарламентская партия, получившая 4% голосов на выборах, отставала бы от ведущей партии в 12,5 раза.