Уходящий 2025-й в массовом восприятии — не «прорыв» и не «обвал», а год, который в целом прожили и «нормально». По данным Левада-центра (в списке иностранных агентов): 63% называют его средним, 22% — хорошим и 15% — плохим. Тут важно понимать, что «средний» — это не просто «год — ни о чём». Это язык адаптации: люди фиксируют — жить вроде бы можно, планы не обнуляются полностью, повседневные стратегии сохраняются — даже если радоваться особенно нечему. Адаптация — это ресурс управляемости политсистемы: снижается спрос на резкие повороты, но одновременно сама система становится уязвимой к шокам, которые ломают привычную нейтральность. Но это для системы изнутри это выглядит рационально — «черные лебеди» не каждый день прилетают. Если посмотреть длинную динамику с 1997 по 2025, «средний год» абсолютный доминатор. И это ключ к пониманию настроений: общество может долго держаться в нейтральном режиме, но когда он рушится — негатив начинает доминировать быстро и резко. Поэтому главный сигнал — не то, что «хороший год» низкий или высокий. Главный сигнал — когда падает «средний»: это маркер того, что люди перестают воспринимать ситуацию как «обычную» и переходят к более конфликтной интерпретации происходящего. В 2025-м перелома нет. Как нет и намека на его возможность: общество снова выбирает «нормальность». Но, если честно, для новой России это и есть привычная форма «хорошего»: не когда хорошо, а когда не выбивает из колеи и не заставляет произносить «плохо» как доминирующий ответ. И тут нотка политологии. Политрежим в таких условиях выигрывает не тем, что производит «хорошо», а тем, что удерживает «средне» как базовую рамку — допустимую версию реальности, которую можно объяснить, прожить и не переводить в прямые обвинения. Это и есть тихая работа политрежима по своей самозащите: не столько мобилизовать восторг, сколько не дать нейтральности рухнуть — потому как только «средний» вариант перестаёт работать, переключение в негатив происходит резко, и коридоры возможностей сужаются. @ausguck