Продолжая тему эмоций, не могу не поделиться фрагментом видео, которое посмотрела совсем недавно. У меня есть тайная любовь к кинематографу: фильмов я смотрю катастрофически мало, но обожаю узнавать, как устроен мир кино и на чем базируются его принципы. В этом контексте для меня стали находкой лекции режиссера Жоры Крыжовникова (настоящее имя Андрей Першин). Я пересмотрела почти все и дошла до той, где рассказывается о методе Станиславского. В том числе о том, как актеры должны управлять своими эмоциями на сцене. Лирическое отступление. Один мой знакомый, связанный с индустрией коммерческого видео, как-то рассказывал мне: на съемках они манипулируют эмоциями детей, чтобы добиться нужного эффекта. Мол, режиссёр сначала выспрашивает у ребёнка и родителей подробности жизни, прощупывает все самые уязвимые места, а потом в нужный момент давит на эти рычаги. Так появляются необходимые слезы, печаль или гнев в кадре. По мне так ни одни деньги мира не стоят этого, но не суть. В сфере драматургии такой прием называется методом аффективной памяти. Когда режиссер «выдавливает» из актера нужную эмоцию, используя его какое-то сильное личное воспоминание. Беда метода в том, что он одноразовый — нельзя каждый раз давить на одно и то же, вытаскивая нужную эмоцию. Проще говоря, нельзя управлять эмоциями. Метод же Станиславского базируется на действии. Искусство — оно про «как», а не про «что». Поэтому Станиславский пришел к «методу физических действий» — сведению всех психологических, философских, эстетических аспектов в простейшее действие. Правильный вопрос, который должен задавать исполнитель роли: «что я здесь делаю?». Как этот метод работает с актерами, можно посмотреть в полной версии выпуска. Примеряя же его на музыкантов, вот что думаю. Использование выразительных средств в музыке зависит исключительно от того, о чем мы — в прямой зависимости от композитора — хотим рассказать. Штрихи, динамика, фразировка и логика развертывания музыкального материала всегда должны подчиняться базовому вопросу: что я хочу показать здесь? Из ответа на вопрос складываются средства, которыми будет пользоваться музыкант. Вот только ответ должен найти сам исполнитель, а не режиссер за него. Мне лично нравится притянутая тут за уши аналогия с методом Станиславского))