На днях в разговоре случайно упомянула, что меня как-то поцеловал сам Николай Дроздов. Тут, конечно, сразу началось: расскажи, а что да как, а давай об этом пост в канал. Пообещала — теперь приходится выполнять. ▫️▫️▫️ Дело было в далёком 2005 году, когда я подрабатывала внештатным корреспондентом в журнале «Бизнес Сегодня». Обычно меня отправляли на мероприятия, куда из штатных сотрудников редакции никто не хотел или не мог пойти. И вот, послали меня освещать очередной этап программы «Во имя России» и проекта «Человек года» — патриотической премии, где награждали заслуженных людей из самых разных сфер. Я сходила, сдала заметку на полполосы — фактически рерайт пресс-релиза, дополненный фамилиями награждённых. Получила гонорар (60 рублей!) и думать забыла. Через пару месяцев звонок от редактора: Маша, сегодня в Аничковом дворце будет церемония „Во имя России“, надо ехать. А у меня сыну полтора года, и каждый длительный выезд из дома нужно планировать заранее. Я пытаюсь отбрыкаться: я же совсем недавно там была, пусть теперь кто-нибудь другой поедет. Нет, Маша, ехать надо именно тебе! Мне только что звонили: говорят, ты победила в конкурсе журналистов. Тебя будут награждать. Только на слишком многое на рассчитывай. На что я могу рассчитывать? Я же ни сном ни духом, что вообще в чём-то участвовала. Даже стыдно немного стало: знала бы — больше старалась! 🙈 Приезжаю, отмечаюсь, сижу на длинной церемонии, тихо трясусь и надеюсь, что хотя бы на сцену выходить не придётся. Среди почётных гостей, выступающих с речами, — телеведущий Николай Дроздов, лауреат премии 2004 года. После официальной части всех позвали на фуршет. В коридоре меня ловит один из организаторов: Мария, идите с нами! Только никуда не убегайте, сейчас всё будет. В фуршетном зале толпы незнакомых мне людей, все очень солидные и нарядные. Мой дядечка-организатор разрывается между ними. А я стою у стенки и напряжённо жду: отпущенное мне «мамское время» уже на исходе. В какой-то момент дядечка всё же подходит ко мне, торжественным голосом поздравляет с победой в конкурсе «За лучшее освещение в СМИ мероприятий программы “Во имя России”» и вручает папочку с конвертом. Затем наклоняется и добавляет доверительно: «Понимаю, мало, конечно, но сколько можем. Но у нас вот фуршет, шампанское, вы угощайтесь!» Как раз тут мимо пролетает Николай Дроздов в благодушном настроении — судя по всему, уже угостившийся. Его останавливает мой дядечка и говорит: Николай Николаевич, подойдите сюда, хочу вас познакомить с восходящей звездой российской журналистики! Это Мария, она написала лучшую статью о нашем проекте. Так верно всё изложила, такие точные слова нашла! А ещё говорят, что у нас талантливых молодых журналистов нет. Я просто в восхищении! Вам обязательно нужно это прочесть! Я мысленно проваливаюсь сквозь землю: ну почему меня не предупредили про этот конкурс? И искренне надеюсь, что никто и никогда не будет читать мою идиотскую заметку, состоящую из сплошных штампов и шаблонных фраз. А Николай Николаевич широко улыбается, идёт ко мне с распростёртыми объятьями, говорит, что я молодец, и целует в обе щёки. После чего так же стремительно улетает дальше по своим важным делам, пообещав обязательно прочитать мой шедевр. Я для приличия выждала минут пять, съела пару оливок и кусочек сыра, вежливо попрощалась с дядечкой-организатором, который кудахтал что-то типа «что ж вы так рано, праздник только начинается». Раскланиваюсь, выхожу из зала, спускаюсь по лестнице — и дрожащими руками открываю конверт. Было в нём 800 рублей.