315просмотров
11.3%от подписчиков
25 марта 2026 г.
statsScore: 347
📆 25 марта исполняется 155 лет со дня рождения Игоря Эммануиловича Грабаря (1871–1960) — видного деятеля культуры Серебряного века, академика, народного художника СССР. Для нас личность Грабаря интересна прежде всего в его абрамцевском измерении. Художник доверительно признавался друзьям, что в Абрамцеве «отводит несколько душу от московской каждодневной требухи и пакостей». И даже так: «Я был два дня на даче, писал и наслаждался…» Игорь Эммануилович сыграл большую роль в возрождении Абрамцевского музея после войны, наш музей-заповедник своим существованием в нынешнем виде во многом обязан именно ему. Если же говорить о Грабаре как о крупном русском художнике, то многие его картины , где он проявил себя тонким ценителем очарования красок родной природы, запомнились любителям искусства. Его неповторимые картины русской зимы и «рябинки» стали символами русского пейзажа. В абрамцевском собрании хранится такая работа Игоря Грабаря, как портрет академика С.А. Чаплыгина. Эта картина была заказана художнику Академией наук. Он сам вспоминал о работе над ней:
«Ещё в 1934 году я получил согласие академика С.А. Чаплыгина мне позировать для портрета, давно уже мною задуманного. В июле 1935 года сеансы наконец состоялись; в два первых была окончена голова, на остальное понадобилось ещё два. Из всех портретов, написанных до того, этот был лучшим по силе характеристики, свободе кисти и простоте живописных средств. Меня в нём впервые захватила проблема взгляда, ставшая вскоре актуальной для всех дальнейших работ. Мне было давно ясно, что из всех частей человеческого лица совершенно особую природу имеют глаза. В то время как остальные черты неподвижны, глаза всегда производят впечатление если не прямо двигающихся, то и не застывших: они влажны, то моргают, то напрягаются, то расширяются, то суживаются. Этот контраст между динамичностью глаз и статичностью других органов лица следовало бы как-то передать в живописи. Во взгляде С.А. Чаплыгина эта увлажнённость глаз мне как будто впервые удалась, и в следующих портретах я пытался, по возможности, закрепить этот успех».