Я продолжаю текстом публиковать ответы на ваши вопросы, которые прозвучали в прямом эфире с Виталием Тихомировым 18 марта. Ссылка на эфир тут: https://t.me/Xrupkie_lyudi/1264 Вопрос: Можем ли мы подробнее остановиться на одной из фраз книги «Хрупкие люди» : «наши родители не любили в нас детей»? Ответ: Отличная фраза. Я бы сейчас сама удивилась, что это, оказывается, я написала, потому что она правда очень точная. Что значит быть ребёнком? Это быть нуждающимся, зависимым, слабым, уязвимым, не знающим, не умеющим. Не потому, что ты дурак, а потому, что ты пока не умеешь и не должен уметь. Это быть очень эмоциональным, не уметь себя регулировать. Это тоже ребёнок. И, вследствие того, что это ребёнок, он законным образом хочет зависеть. Он хочет получить свою дозу зависимости, чтобы быть дорощенным за счёт чужой психики. Вот в этом он нуждается. А родители часто не выдерживали именно этих проявлений. Их психика имела свои ограничения. По каким-то причинам они не могли видеть нас слабыми, плачущими от страха, от тревоги, от злости, злящимися, не умеющими себя регулировать. То есть не выдерживали нас в тех состояниях, которые вообще-то для ребёнка абсолютно естественны. Они как будто обрывали зависимость именно в момент, когда она была особенно законной и необходимой. И тогда психика должна была чему-то научиться. Она должна была научиться прерывать эти моменты внутри самой себя. Наш внутренний родитель потом делает именно это: предотвращает то, что когда-то приводило к покиданию извне. Я должна сама вырастить внутри такую инстанцию. И это, кстати, не потому, что нам с вами тотально не повезло. Эта инстанция вообще должна вырасти, чтобы мы вписались в ту среду, в которой живём. Нам нужно внутри себя создать что-то, что ради сохранения контакта будет нас останавливать, чтобы мы остались хорошими для родителей. А зачем? Чтобы получить ресурсы выживания и психические ресурсы. Потому что наше Я развивается только за счёт принадлежности и связи. Значит, задача психики — удерживать эту связь любыми способами. И эта инстанция начинает нас прерывать раньше, чем мы скатываемся в проявления, которые средой не принимаются. Всё логично. Мы должны предотвратить ситуацию раньше, чем нас отвергнут снаружи. Я должен сам в себе это не выдержать ещё раньше. А дальше, когда мы вырастаем, мы делаем то же самое. Я не пойду наружу, чтобы кто-то меня отверг — я отвергну себя раньше. Я сделаю себя одиноким, я изолирую себя раньше, потому что встретиться с отвержением снаружи для меня страшнее. Я лучше сам себе откажу в том, чего хочу, чем пойду наружу и встречу отказ. Потому что для меня это будет означать сразу две вещи. Во-первых, меня не выдержали. Во-вторых, я окончательно убеждаюсь, что со мной что-то не так и что я в принципе недостоин того, чтобы мне что-то давали. То есть мы всё время пытаемся предотвратить ущерб в двух областях: потерю отношений и подтверждение собственной тотальной плохости. Мы боимся потерять связь и боимся убедиться, что с нами что-то окончательно не так. Потому что если это произойдёт, всё, шифр провала будто бы раскрыт. И дальше человек уже живёт, всё время останавливая себя заранее. Подписывайтесь на наш канал: Хрупкие Люди | Юлия Пирумова ⚡️