Показания Марко Рубио в суде Майами на первый взгляд для него не опасны, совсем наоборот: госсекретарь выглядел спокойным и обаятельным, давая показания в рамках процесса над его давним другом, бывшим конгрессменом Девидом Риверой, которого обвиняют в тайном лоббировании интересов Венесуэлы в 2017 и 2018 гг. Ривере предъявлены обвинения в сговоре, отмывании денег и уклонении от уплаты налогов, а также в нерегистрации в качестве иностранного агента. Рубио выступал как свидетель, заявив, что не знал о предполагаемом контракте Риверы на сумму $50 млн, связанном с государственной нефтяной компанией Венесуэлы PDVSA. Сыновья кубинских иммигриантов Рубио и Ривера подружились, работая волонтёрами в предвыборных кампаниях в 1990-х гг. Бок о бок продвигались по карьерной лестнице в местной политике и даже вместе купили дом в Таллахасси. Однако в 2010 г. Рубио попал в Вашингтон и их пути разошлись. К моменту, когда Рубио баллотировался на пост президента в 2016 г. его предвыборный штаб заявлял, что Рубио не имеет никаких связей с Риверой. Выступление госсекретаря под присягой в федеральном уголовном процессе – крайне необычно. Ни один действующий член кабинета Белого дома не выступал в качестве свидетеля с тех пор, как в 1983 г. Министр труда Рэймонд Донован давал показания на суде над мафией. Одно лишь присутствие Рубио повысило ставки, внимание и будущую ценность (например, к 2028 г.) процесса. Интересно, что одна ключевая фигура отсутствовала: адвокаты защиты пытались вызвать Сьюзи Уайлз, главу администрации Белого дома, из-за её работы лоббистом с венесуэльским магнатом. Прокуроры успешно заблокировали эту попытку, а вызов Рубио никто не блокировал. Рубио прекрасно держался: когда прокуроры читали его биографию, ему задали вопрос о месте работы. Рубио с улыбкой ответил: «Да, у меня несколько работ, с какой начать?» Когда речь зашла о способах связи, Рубио с саркастическим вздохом ответил: «Как все прекрасно видели, я предпочитаю Signal». Во время перекрестного допроса адвокат защиты Эдвард Шохат представил мемуары Рубио 2012 г. и указал, что подсудимый упомянут в благодарностях. Рубио в шутку спросил, предлагают ли ему подписать книгу, а затем посмотрел в сторону судейской скамьи и спросил: «Это вообще разрешено?» Судья Мелисса Дамиан, застигнутая врасплох, рассмеялась и ответила: «Я не знаю!» Когда обсуждались старые фотографии подсудимого с Рубио, госсекретарь пошутил, что ему, возможно, захочется получить их копии, потому что «он отлично выглядит», добавив: «да, тогда я занимался спортом». И тем не менее из-за суда Рубио стал визуально связан с запутанной историей, где фигурируют Венесуэла, лоббизм, нефтяные деньги и старые связи. Прокуроры описали «тайную кампанию политического влияния Риверы», участники которой использовали кодовые имена на испанском. Рубио называли «el cubanito» – маленький кубинец. Николас Мадуро был «el guagüero» – водитель автобуса. Дональд Трамп был «el loco» – сумасшедший. Всё это выглядит как специфическая экосистема, укорененная в венесуэльских и кубино-американских сетях Майами, неформальных отношениях и трансграничных интригах. А Рубио не выглядит посторонним в этом мире. Здесь и риск. Чем больше Рубио визуально связан с Венесуэлой и Кубой, тем легче привязывать к нему лично все сложности, связанные с этмим странами. Благодаря судебному процессу, сама собой появилась яркая сюжетная основа, готовая к использованию в 2028 г. Будущему сопернику достаточно лишь рассказать канву: Рубио, Майами, старые друзья, теневые контракты, венесуэльские деньги, кодовые имена, доступ к власти. Этого более чем достаточно, чтобы посеять сомнения. Рубио очевидно одержал победу в Майами. Совсем не очевидно, как это будет выглядеть позже, в ином политическом контексте, с иными противниками.