Animal Homosexuality: A Biosocial Perspective. Aldo Poiani, 2010 Несколько соображений из книжки Происхождение однополого поведения у млекопитающих и птиц различается и это различие связано с размерами мозга и с наличием игрового периода в детстве у млекопитающих и отсутствием его у большинства видов птиц. В период детства социальные млекопитающие занимаются социосексуальными репетиционными играми. То есть они имитируют и репетируют поведение взрослых особей, не только охоту, но и ухаживания, соперничество, спаривание. Из-за того что детеныши нефертильны, им без разницы в каких половых комбинациях отрабатывать эти навыки. Плюс в силу того что у некоторых видов имеется сегрегация по полу и в силу того что именно детеныши-самцы особенно активны в играх то зачастую эти игры происходят между сверстниками мужского пола. Даже у видов у которых во взрослом состоянии однополые контакты редкость, в детенышьем состоянии они типичны как например у большого шимпанзе. Причем в этих играх особи часто меняются ролями, демонстрируя как бы “гендерную флюидность”, но в подавляющем большинстве она вместе с играми исчезает при взрослении. Количество таких социосексуальных игр с не важно с какого пола сверстниками прямо коррелирует с гетеросексуальным/ репродуктивным успехом особи впоследствии, это особенно верно для самцов (установлено у некоторых приматов и дельфинов). Одно из объяснений происхождения взрослого гомо и бисексуального поведения – оно как побочный продукт идет от детенышьей социосексуальной игры, приобретая затем уже какие-то иные значения. В некотором смысле это может расцениваться как форма неотении, т.е. удержания детских черт во взрослом состоянии. Это совпадает с тем что у видов с выраженной неотенией, как например у малого шимпанзе, чаще и встречается однополое поведение во взрослом состоянии. Другая новая мысль, что стресс не только в пренатальный период, но и в период адренархе, может способствовать фиксации гомосексуального паттерна. Адренархе это особый возрастной период, который кстати как и менопауза, есть далеко не у всех млекопитающих. У человека он идет где-то с 6 до 10 лет. В этот период половые железы ещё не работают, но надпочечники уже начинают производить стероидные гормоны под влиянием которых идет развитие гендерных и сексуальных аспектов психики. Предполагают что стресс в этот период может приводить и к более раннему созреванию и к большей вероятности фиксации однополого влечения. Предполагают что эта реакция связана с попыткой своеобразной адаптации к угрожающей или отвергающей социальной среде путем подтверждения связи через сексуальное поведение. А в сегрегированных по полу сообществах вписаться в группу можно соответственно в основном через соплеменников своего пола. Такие особи тактически снижают свой репродуктивный потенциал с тем чтобы иметь однажды потом шанс все же размножиться либо остаться хотя бы помощником в репродукции своих родственников. В пользу этой гипотезы: по некоторым опросам гомосексуальные мужчины по сравнению с гетеросексуальными вспоминают больше напряженных отношений именно с отцом, чем проблем с матерью (как предсказывал классический психоанализ). По некоторым соображениям вот этот стресс способствующий закреплению гомосексуального паттерна у некоторых мужчин происходит из нескольких аспектов: 1) от прямого насилия от отца, 2) от небезопасной и нестабильной личности отца, 3) от его слабости. Это перекликается с тем, что у некоторых приматов именно отвержение от родителя своего пола является главным предиктором изоляции и изгнания из группы. И при такой угрозе они могут уже выйдя из детенышьей стадии продолжать выпрашивать принятия у соплеменников своего пола через секс.