Но сначала я хочу познакомить вас с исследованием доктора философских наук Ларисы Геннадьевны Иливицкой. Так-то особых открытий для меня там не было, в основном достаточно чётко сформулировано всё, что я давно понимала на интуитивном уровне. Но прочитать, с цифрами, процентами, результатами опросов, что жители старой Самары презрительно и негативно относятся к Безымянке, было неприятно, тяжко. Мы давно это знаем. Всегда это знали. И прозвища, которыми сквозь губу награждают "безымянское быдло" тоже нам прекрасно известны. Но почему же, когда я сейчас (может быть, впервые в истории Безымянки) поднесла зеркало к физиономии старой Самары исказала : - Ну-ка взгляни на свою трухлявую харю, спекулянтка. Взгляни и ужаснись! ...почему же это вызвало такой гнев у сильно коренных самарцев? Вы нас презираете, а мы вас,значит, должны любить? А за что? Вас, значит, нельзя? Да вот хрен вам. Можно! Но - посмотрите сами. Это небольшая выдержка из статьи Илинецкой "ИНДУСТРИАЛЬНЫЕ РАЙОНЫ ГОРОДА: СТРАТЕГИИ РАБОТЫ С ПРОШЛЫМ" ...сосредоточение на территории района большого количества заводов дополненное такими факторами как: «сокращенная» история, непонимание роли Безымянки в создании ряда учреждений высшего и среднего профессионального образования, непризнание культурного и образовательного уровня ее жителей способствовало тому, что сформировалась негативная образность, носящая весьма устойчивый характер. И свидетельств тому много. Так, например, в серии интервью, проведенных самарским интернет-журналом «Другой город», представлены воспоминания о Безымянке 60– 70-х гг. XX века. Директор Самарского филиала МТС А. Меламед, чье детство прошло на Бе-зымянке, отмечает: «Какой мы видели Безы-мянку каждый день? Хороший, спокойный район. Ту легендарную часть Безымянки, которой пугали детей из центра, мы не знали, не знали даже, где она находится» , . Заместитель председателя Правительства Самарской области А. Фетисов вспоминает: «Я до сих пор помню, как Марья Михайловна выстраивает нас и говорит: “И приходит он, с лицом типичного безымянского дэбила!”» . Представленное в этих цитатах указание на негативную образность района у значительной части самарцев в той или иной форме встречается и в других интервью. В уже упомянутом нами исследовании Безымянки 2007 года был задан вопрос: «Когда говорят “Безымянка”, все имеют в виду…». Ответы респондентов воспроизводили ее негативные характеристики: «рабочий район, промзона» (16,9 %), «окраина города» (9,2 %), «отсталый район», «дно Самары» (5,3 %), «района рабочего класса» (4,4 %). Только одно из определений, данных респондентами, носило нейтральный характер. Безымянка виделась как «один из районов города» (11,8 %) [Баева, Запорожец 2007, 25]. В нашем исследовании также предлагалось охарактеризовать Безымянку (закрытый вопрос: «Какое определение Безымянки кажется Вам наиболее верным?»). И опять лидировали негативные мнения: «рабочий район» (33,4 %), «промзона» (14,0 %), «спальный район» (10,7 %), «городская окраина» (7,9 %). Однако, следует отметить, что к нейтральным оценкам – «обычный район города» (14,3 %), были добавлены и положительные: «второй исторический центр» (12,9 %), «удобный для проживания район» (6,8 %). Можно сделать вывод о том, что для горожан Безымянка по-прежнему остается промышленной частью Самары, концентрирующей в себе негативные составляющие образа. "👇👇👇