В “Германтах” есть забавный эпизод: герцогиня как бы апропо бросает русскому Великому Князю за светским бранчем — “Eh bien! Monseigneur, il paraît que vous voulez faire assassiner Tolstoï?”. Понятно, что фраза эта призвана продемонстрировать “свободный нрав” и салонную “борзость” Орианы (германтовы родственники Курвуазье вообще ни о каком Толстом не слыхивали и путают Аристофана с Аристотелем - “в моем присутствии не выражаться!”). Что, однако, служит неплохим срезом восприятия России через века (империи и республики приходят и преходят, но ничего не меняется). Про Золя, которого судили за “фейки о французской армии", и таки, вполне вероятно, убили, — молчок. При том, что про дрейфусаров-антидрейфусаров в книге полно (эта одна из сквозных тем третьего тома), но без ярких “ж’акюз”, а скорее по касательной. Про дела анархистов (Жан Грав, дело тридцати) — тоже ничего.