🔍 КУПИЛ НЕДВИЖИМОСТЬ ЗА ДЕСЯТКИ МИЛЛИОНОВ С ДОХОДОМ 4 ТЫС РУБ В ГОД. СУД СКАЗАЛ «НАДО РАЗОБРАТЬСЯ» Ранее в постах я неоднократно поднимал тему номинальных собственников. Там было и том, как их контролировать, и о том, как спасаться номиналу, если компанию банкротят, и про договор опциона. Но красной линией в этих материалах проходила мысль о том, что когда имущество выводится на номинала, арбитражный управляющий, скорее всего, будет доказывать, что номинал — это номинал. И что имущество, которое на него зарегистрировано, на самом деле должно быть в собственности должника. То есть — в конкурсной массе. 👨‍⚖️ Главный вопрос — насколько легко/трудно арбитражному управляющему будет убедить суд в своей правоте. По последней практике у меня возникает ощущение, что суды все пристальнее исследуют, каким образом собственник стал собственником; и если приходят к выводу, что у него не было денег на приобретение спорного имущества, то сделку отменят. А значит, собственность уходит в конкурсную массу. Вот одно из свежих дел (дело № А40-233205/2021). Не смотрите, что оно от 2021 года; интересующее нас судебное решение было вынесено 17 февраля 2026. 👱 Есть господин Ермолаев. Ранее его осудили за хищения на 400 млн при выполнении госконтрактов. Он пошёл в банкротство. Финуправляющий обнаружил, что у брата Ермолаева в собственности: ➖ квартира в Москве площадью 178 м.кв; ➖ дом почти 700 м.кв в Горках-2 за 63 млн руб; ➖ доля 90% в крупном ООО. 🤡 Официальный доход брата при этом за 6 лет составил… 24 тыс руб. Тут нет ошибки: тысяч, не миллионов. Финуправляющий пошёл в суд оспаривать сделки, по которым брат осуждённого стал собственником, как притворные по п.2 ст.170 ГК РФ. Цель — чтобы собственность была признана собственностью его осуждённого брата-банкрота и ушла кредиторам. Но первые две судебные инстанции решили, что когда человек с доходом в 4 тыс руб в год покупает крупную недвижимость — это совершенно нормальная ситуация, и ничего подозрительного тут нет. ❗️ Но кассация решила иначе. Вот позиция суда кассационной инстанции, и эти аргументы будут использоваться в аналогичных делах, так что обращаем внимание и запоминаем: ➖ суды обязаны выяснить, были ли у формального собственника деньги, чтобы купить имущество, которое на него зарегистрировано. Ну, тут новости нет. Такой вывод и в более ранней практике встречался. Но ещё тут надо учесть, что его брата есть судимость (то есть факт хищения установлен судом) за то, что он украл 400 млн руб. И нет ли тут, совершенно случайно, какой-то связи с имуществом брата-номинала; ➖ суды должны установить, кто фактически пользуется квартирой, домом и кто платит за их содержание: коммунальные платежи и т.д. Этого сделано не было; ➖ суды должны обращать внимание на косвенные доказательства притворности сделок. В этом деле их было много — и информация, которую «накопал» частный детектив, нанятый арбитражным управляющим, и показания подчинённых осужденного о том, что он купил дом, когда был чиновником, а на брата зарегистрировал имущество номинально и т.д. 😧 Ещё в этом деле суды почему-то «подменили» позицию финуправляющего. Он оспаривал сделки как притворные, а суды рассматривали дело, словно речь о мнимых сделках. То есть требование управляющего, по сути, вообще не было рассмотрено. Суды себе нафантазировали и рассматривали свои фантазии. Кассация отменила судебные акты нижестоящих судов и отправила дело на новое рассмотрение. С вероятностью 99% сделки будут отменены. 📌 Какой вывод тут надо сделать? Привлечение номиналов становится все более рискованным делом Если имущество записано на родственника или другого «номинала», суды всё чаще проверяют не только формальные документы, но и реальную экономику сделки: были ли у такого собственника деньги, кто фактически пользуется имуществом и за чей счёт оно приобретено. Если выясняется, что формальный владелец не мог купить активы, а должник ими фактически распоряжается, велика вероятность, что имущество признают принадлежащим должнику и вклю