Вкрации

В 1990-е годы в Китае прошла государственная кампания по привлечению доноров крови. Считалось, что кровь лучше брать у крестьян — мол, они питаются полезными продуктами, не практикуют беспорядочные связи. За сдачу платили наличными. Сначала открывались государственные пункты приема крови, где дело было поставлено на поток. Крестьяне сдавали кровь раз в две недели, а то и чаще. Затем стали появляться частные пункты приёма, где не соблюдалась стерильность, а количество забранной крови регламентиро...

А одно из лучших антивоенных произведений, которое я читала вообще, это «Моня Цацкес — знаменосец» Эфраима Севелы. Даже не так. «Моня Цацкес» — неплохой сборник рассказов, похожих на армейские анекдоты с еврейским колоритом. Или даже на еврейские анекдоты с армейским колоритом. Но однажды к нам приехал театр «Шалом» https://t.me/shalomteatr со спектаклем как раз по Севеле, и я пошла на спектакль — ничего не ожидая, и я плакала так, что никак не могла остановиться, и мне непонятно, как может вооб...

​​Но ведь есть в «Мертвых душах» и светлый, прекрасный образ. И я не про Русь. Чичиков, конечно, принадлежит земле. С каждой новой поездкой он опускается всё ниже и ниже — не только нравственно, но и чисто физически: на колёса брички налипают комья грязи, в гостях у Ноздрева он вязнет ногами в сырой земле, а у Плюшкина и вовсе спускается в тёмный подпол. Гоголь постепенно опускает героя под землю. Чичикову противопоставлена безымянная губернаторская дочка — белокурая гимназистка с личиком свежим...

Представьте, что вы возвращаетесь в загородный дом перед длинными спокойными выходными. Партнер в отпуске, взрослый ребёнок живет отдельно. Вы предвкушаете приятные напитки, просмотр сериала в одиночестве и чудесный отдых. Ваша жизнь удалась. А вместо этого в почтовом ящике находите извещение о том, что завтра вас казнят за неправильный переход дороги. Именно так начинается антиутопия В. Крапивина «Гуси-гуси, га-га-га…» Она куда более взрослая, чем крапивинские повести, читанные мною ранее. Здес...

​​Начала слушать сразу две книги. Первая — «Время обнимать» Е. Минкиной-Тайчер. Начала и через три-четыре минуты поняла, что это очередная сага про непростые судьбы в одной семье сквозь ХХ век. Ух. Сколько их. Даже радуешься, когда российская писательница взяла и вдруг не написала семейную сагу про ХХ век. Скучно, шаблонно. Но послушаю дальше: вдруг будет хорошо. «А еще мама любила читать книжки, у нее даже была своя небольшая библиотека — Гончаров, Тургенев, Аксаков, еще кто-то из хороших дорев...

Отвергаешь — предлагай! Что тогда почитать школьнику о блокаде? 1. Вадим Шефнер. Сестра печали Один из моих любимых авторов — замечательный фантаст — в этой повести безо всякой фантастики рассказывает о войне и блокадном Ленинграде. 2. Борис Алмазов. Посмотрите — я расту О детях, в первое послевоенное лето, отправленных в детский лагерь. Взросление, осмысление случившегося, проживание трагедии — и взгляд в будущее. 3. Тамара Цинберг. Седьмая симфония В блокадном Ленинграде выживают два ребёнка: ...

​​Главный герой поэмы Николая Гоголя «Мёртвые души», Павел Чичиков, характеризуется автором как «господин средней руки». Это определение не только социального положения (ни богат, ни беден), но и всей сущности Чичикова. Он пугающе средний. Как обычно выглядит персонаж произведения? Он какого-то роста, с какого-то цвета глазами. У него есть физические параметры, окрас, тембр голоса. Как описывается Чичиков? «В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни сли...

​​Последние 3-4 дня неспешно слушаю «Последнее лето» Лидии Милле. Роман 2023 года отражает тревожные события, в которых мы живём с начала карантина. Не напрямую — хотя автор описывает множество обрушившихся на героев бедствий, среди них нет ни пандемии, ни военных походов. Зато есть общее апокалиптичное настроение. Это не только последнее лето детей перед взрослой жизнью, но и библейские «последние времена». Библейских отсылок вообще очень много, о них спотыкаешься и недоуменно поднимаешь голову...

Перечитываю эпилог «Войны и мира» и понимаю, что по-человечески в нем почти никто не симпатичен. Николай Ростов — автор пишет о нем с симпатией и особо подчеркивает, что после смерти его долго добрым словом вспоминали мужики — изводит жену, презирает детей, называя их кусками мяса; избивает подчиненных так, что ломает кольцо на руке. Княжна Марья всё так же запугана, всё так же живёт с тираном (только уже мужем, а не папенькой). Трусит войти в комнату, где спит Николай (он не любит, когда его бу...