Денис Гаврилов — художник и исследователь. В последние годы он сознательно отошёл от выставочной деятельности, сместив фокус в сторону издательских проектов. В этом интервью мы обсудили зачем художнику заниматься самоархивацией и как можно реализовывать себя, не участвуя в выставках. Недавно ты выпустил каталог-резоне. Что подтолкнуло тебя к такой системной самоархивации? Уже объявив на своей странице в Facebook о завершении профессиональной активности в 2022-м году, я написал, что, в любом случае, мне предстоит задуматься над ретроспективным проектом и проанализировать период своего увлечения современным искусством. Однако, на тот момент я не имел четкого представления, что конкретно из этого получится и, тем более, когда. Уже разбирая тысячи архивных фотографий и сотни экспликаций, я пришел к выводу, что больше всего на эту роль годится архивный каталог: показать столько материалов в формате целостного выставочного проекта не представляется возможным. Да и сейчас не то время, когда можно говорить о выставочной деятельности (плюс, я давно уже не имею той репутации, чтобы мне доверили огромный зал для проведения персонального проекта). А еще акт самоархивации стал отличной сублимацией творческой активности в это непростое время. В чём ты видишь смысл и важность для художника заниматься архивацией своего наследия? Я бы сказал, что деятельность третьих лиц, занимающихся архивацией, ввиду человеческого фактора нередко искажает данные. Так что, о тех или иных проектах лучше всего узнавать из первоисточника. В первой главе каталога оба пункта я описал подробнее. Так что, приглашаю ознакомиться. В нашем интервью 2023 года ты говорил о прекращении выставочной деятельности. Удаётся ли тебе по-прежнему не участвовать в выставках и чем ты компенсируешь отсутствие этой формы публичности? Продолжение выставочной и творческой активности в нынешних условиях для меня бы стало актом нормализации милитаризма — неизбежный контакт с институциональной средой, в очередной раз, оборачивается интеграцией в доминирующую культурную систему. Что же касается самоорганизаций, то и их я не могу рассмотреть в качестве альтернативы — происходящие события сильно заглушают культурное производство, не оставляя ему выбора. В подобных условиях практиковать современное искусство оказывается циничным и попросту невозможным. В качестве альтернативы этому феномену я рассмотрел самоархивацию и самиздат. Да, случалось несколько ситуаций, когда мне доводилось прерывать молчание. И каждый раз это была сделка с совестью: дважды я принял участие в квартирниках и несколько раз отправлял свои книжки в публичные библиотеки и на тематические мероприятия, посвященные самиздату. Тогда я не до конца сформулировал свою издательскую политику. Сейчас мне уже удалось сформулировать более целостную и осознанную стратегию. О ней можно почитать здесь. Помимо собственных теоретических трудов, ты также издаешь книги других художников и исследователей. Расскажи, почему для тебя так важно именно печатное издание — пусть даже в формате современного самиздата? Дело в том, что самиздат будто бы существует вне времени и институций. Это та ниша, в которой можно сейчас укрыться, обеспечив культурную деятельность. В отличие от выставки, книга не привязана к формату «события» и не заглушается новостными сводками, позволяя автору и издателю поработать «в стол». Что же касается моего взаимодействия с другими авторами — то уже занимаясь самоархивацией, я искренне заинтересовался независимой книжной культурой, найдя в ней ту самую нишу, о которой упомянул ранее. Так я издал несколько зинов Д. Пименова, А. Николаева, А. Бренера и Б. Шурц. К тому же, создавать что-то новое сейчас я попросту не способен — мне будто сломали руки. Все что остается — обращаться к своим практикам прошлых лет, либо к деятельности других авторов. Но уже не как куратор или художник, а работая в том самом контексте, который может быть более уместен. запрещенная в РФ организация, признанная экстремистской