Вялость, весь день лежавшая на нём тяжёлым маревом, схлынула, сменившись мучительным самоуничижением. Да, сказал себе Джи, да, кретин, — Келли все еще может, вот так запросто, выбить тебя из колеи. Даже спустя два года. Даже за одну-единственную случайную встречу взглядов. И от этой мысли стало противно до тошноты. Он ненавидел. Ненавидел эту жалкую часть себя. — ᴋᴧᴇᴛᴋᴀ ʙ доʍᴇ нᴀ оуᴋ ᴄᴛᴩиᴛ, ᴦᴧᴀʙᴀ 3