Туризм, ритуал и религия В предыдущем посте я рассказывал об исследовании туризма американского социолога Дина Макканелла и его книге «Турист. Новая теория праздного класса». Вот что Макканелл вспоминал об обстоятельствах её написания: В процессе анализа своих наблюдений я всё больше убеждался в том, что туристические достопримечательности представляют собой внеплановую типологию структуры, которая открывает доступ к современному сознанию или «мировоззрению», и что туристические достопримечательности сродни религиозному символизму первобытных людей. Схожие наблюдения делали и другие социальные исследователи. Например, антропологи Виктор и Эдит Тёрнеры описывали паломничество как обряд перехода и подчёркивали, что туризму нередко свойственны те же черты. В традиционных обществах обряд перехода прерывает повседневную жизнь, выводит участников из привычных ролей и переводит их в особое, «пороговое» состояние. В культурной антропологии его называют лиминальностью (от лат. līmen — порог). В этом состоянии временно снимаются обычные иерархии, человек оказывается между статусами — прошлый уже отменён, новый ещё не утвердился, как происходит, например, в обрядах инициации. Инициируемых во взрослый мир юношей или девушек могут поместить в отдалённое от поселения место, переодеть, подвергнуть разным физическим и эмоциональным испытаниям. Туризм воспроизводит схожую структуру. Человек покидает пространство работы и рутины, выходит из закреплённой социальной роли и оказывается в месте, где действуют несколько иные правила. И если принять во внимание мысль Макканелла о том, что современному человеку свойственно ощущение неаутентичности собственной жизни, то становится понятным, почему такой выход из повседневности приобретает почти ритуальный характер. Современный человек склонен подозревать, что подлинная жизнь находится где-то вне его будничного существования — в прошлом, в иной культуре, в традиции, в укладе, который кажется простым, естественным. Туристическая индустрия активно в этом подыгрывает. Именно поэтому внимание путешественников привлекают природные ландшафты, археологические памятники, экзотические регионы, «места силы». Они воспринимаются как носители домодерных символов и смыслов: как пространство, где якобы сохранилась подлинность, не разрушенная индустриализацией, рационализацией и рынком. Поиск себя в подобных местах оказывается попыткой преодолеть чувство отчуждения. Туризм в этом смысле становится институционализированной и обузданной формой ностальгии по домодерному существованию. В ритуале, как показал один из классиков социологии Эмиль Дюркгейм, сообщество утверждает само себя, возводя коллективные ценности в статус сакральных через совместное действие. Ритуал — базовая единица религиозного опыта. Туристические и паломнические практики воспроизводят схожую логику. Люди временно выходят за пределы повседневных ролей, переживают «особый» характер сакрального места, приобщаются к коллективным символам домодерной подлинности. Конечно, туризм не сводится целиком к поиску соприкосновения с символами аутентичного прошлого. Многие поездки связаны просто с развлечением. Но в современной культуре заметен устойчивый запрос на аутентичность — на опыт, который обещает больше, чем просто отдых, где можно отвлечься от отчуждающей повседневности. И, как и в обрядах перехода, временный выход из рутины нужен для того, чтобы эту рутину вновь утвердить. Отчуждённость не преодолевается, о ней на время забывают. Люди покидают насиженные места, но остаются в той же глобальной экономике, которая умело жонглирует смыслами и продаёт подлинность ради эмоциональной встряски и возвращения в прежний порядок вещей. Источники Дин Макканелл. Турист. Новая теория праздного класса. Ad Marginem, 2016. Turner, V.W., Turner, E. Image and Pilgrimage in Christian Culture, NY: Columbia University Press, 1978. Дюркгейм Э. Элементарные формы религиозной жизни. Тотемическая система Австралии. Издательский дом «Дело» РАНХиГС, 2018.