Мы все рождаемся с женской душой. И это никак не связано ни с полом, ни с гендером. Вначале стремимся раствориться в другом, в бурной стихии, мы ищем причины наших состояний во вне. Обижаемся, злимся, требуем, ждем, что кто-то наградит, заметит и похвалит, либо накажет и покарает. Женская душа подобна морю. Той стихии, которая изменчива, сейчас спокойна, но в любой момент может взорваться. Так и человек с женской душой сам не ведает, что творит и живет другими. Признаться себе в том, что у тебя женская душа - это не какое-то самоуничижение. Это понимание того, как сейчас обстоят дела. Акт нашего второго рождения, рождения не как биологическое существо, а как человек, это всегда усилие и открытие той самой классической души, или мужской. Классическая душа всегда одна и сама. Она не противопоставляет себя другим, но и может не следовать за другими. Эта душа ищет источник своих состояний в себе самой. Она подобна горе, которая всегда стоит вертикально в отношении того, что происходит вокруг. Она не подвластна стихии. Она не ждет наград и поощрений, не руководствуется в своих действиях страхом наказания или отчуждения. Она одна, но не одинока. Все евангелические тексты пишут о том, как обрести ту самую классическую душу: раньше были закон и пророки, а теперь Царствие Божие усилием достигается. Женской душе нужен кто-то, кто скажет что и как делать, классическая сама делает. И вопрос спасения души это про классическую душу. Видимо, когда ты заканчиваешь то что бесконечно длится и дурно повторяется, когда в твоей жизни больше нет тех других, кто решит, сделает, скажет, наградит, накажет - тогда и наступает Рай.