Андрей Тимофеевич Сапогов, отставной счетовод из собеса, решает продать душу дьяволу. Это не спойлер: автор сообщает об этом почти в первых строках, словно сразу выкладывает на стол главную карту и предлагает читателю наблюдать не за исходом, а за самим процессом падения. Колдуны очаровательны: заходят на чай, держатся непринуждённо, а в качестве гостинца могут прихватить обмылок тела покойника. Будничность зловещего — одна из сильных сторон романа: потустороннее не вторгается с грохотом, а просачивается в повседневность, как сырость в старый дом. Во вступительных главах автор демонстрирует основательное знание народных поверий о нечистой силе. Порой кажется, будто он держит перед читателем своеобразный экзамен, уверенно перечисляя детали фольклорной традиции и едва не соскальзывая в сухой пересказ. Но за этой демонстративной эрудицией постепенно проступает собственный художественный замысел. Затем автор начинает щеголять поэтическим даром. Уже в эпиграфе он «брызжет» виршем, а далее щедро вплетает стихи в повествование — иногда маскируя их под тексты известных песен. (После перехода героя на сторону потусторонних сил народные хиты звучат иначе, приобретая зловещий подтекст). Сначала это кажется уместным и даже остроумным, но со временем возникает вопрос: не слишком ли много стихов для одного романа? Впрочем, у колдунов проклятия непременно должны быть зарифмованы — и потому поэзия — не украшение, а часть магической логики текста. Роман умеет быть разным: местами смешит, местами — пугает по-настоящему (эпизод с отгрызенным пальцем). А после суховатого, «телетайпного» стиля Круза эта проза кажется цветистой набоковской вязью. Произведение глубокое, многослойное, с ощутимым философским нервом. Да, избыточность стихотворных вставок временами утомляет, но сами они нередко остроумны и помогают пробираться сквозь сложную палитру экзистенциальных переживаний героя — от иронии до отчаяния, от самообмана до болезненного прозрения. 📚Михаил Елизаров — Юдоль 🎧17,5 часов 🎯5/100