Бывший начальник военно-космической академии имени А.Ф. Можайского и Главного управления вооружения Минобороны под следствием. Следствие считает, что при исполнении крупного госконтракта на создание уникального барокомплекса для «Красмаша» были похищены бюджетные деньги. Изначально ущерб оценивали примерно в 435 млн рублей, потом сумма в деле сократилась до 270 млн. Но самое интересное в другом. Генпрокуратура не утвердила обвинение и вернула дело на доследование. Причина, как сообщается, в том, что экспертиза оказалась сырой: в ней не учли фактические расходы исполнителя, а само обвинение, по мнению надзора, в этой части не имеет достаточной ясности и полноты. Более того, были вопросы даже к определению потерпевшего: не «Роскосмос», а «Красмаш». Если речь идет о деле такого уровня, о такой фигуре, с таким следствием и таким прокурорским сопровождением, то как вообще получилось, что материалы дошли до стадии утверждения обвинительного заключения в таком виде — и потом были возвращены обратно? Выглядит это, мягко говоря, показательно. Тем более что сейчас Генеральную прокуратуру возглавляет Гуцан, назначенный в сентябре 2025 года. Поэтому невольно думаешь: не признак ли это того, что при новом руководстве стали жестче смотреть на качество следствия, экспертиз и самого обвинения? Ничего утверждать здесь не берусь, но выглядит любопытно.