Сегодня годовщина смерти моего друга Василия Уткина. Напишу мысль, к которой часто возвращаюсь за эти два года. И предупрежу, что это только моё мнение. За последние годы я встретил сотни людей в эмиграции. В Тбилиси, Ереване, Барселоне, Буэнос-Айресе. Где только не встречал. Многих людей, решивших уехать из России, до сих пор терзают сомнения в правильности выбора. Они вспоминают дом с теплотой, скучают по родным местам и близким. Сомнения порождают и проблемы, с которыми люди сталкиваются в жизни за границей. А сознание рисует альтернативную реальность, где они в России и счастливы. Так работает ностальгия — тёплые воспоминания возникают от того, что психика человека защищается и вспоминает только хорошее. Вася решил остаться. Общаясь за границей с людьми, тоскующими по Родине, я возвращался в Москву и встречался с ним. И слушал человека, сделавшего другой выбор. Слушал о том, насколько тяжело ему жить. Слушал про одиночество. Очень часто. «Москва пустая». Почти весь круг его общения уехал. А он потерял возможность делать свою любимую работу — быть Василием Уткиным. Когда спрашивали, как его представлять на интервью, он просил просто говорить или подписывать: «Василий Уткин». И заслужил иметь такую подпись. Но быть Василием Уткиным и работать он в полной мере больше не мог. Правила игры изменились. Одиночество, отсутствие возможности говорить, война. Васин выбор остаться в том числе привел к тому, что сегодня 2-я годовщина его смерти. Не для всех решение остаться было правильным. Как и не для всех было правильным уезжать. Мой дорогой друг, я безумно по тебе скучаю.