Сегодня - про детей. А почему? А потому, что складывается парадоксальная ситуация у закредитованных родителей: они готовы работать на износ на пяти работах, чтобы кормить семью и выплачивать кредиты, потому что боятся, что банкротство так или иначе затронет детей. В итоге родители вымотаны, времени на детей нет физически. А дети в итоге остаются без внимания, в котором так нуждаются. Итог? Мы готовы страдать, заботясь о детях, а дети все равно страдают. Родители - я знаю, о чем говорю, хотя бы потому, что на работе провожу гораздо больше времени, чем дома. А дома я все равно работаю. Ну да ладно, теперь к сути. Фобии у закредитованных родителей, как правило, одинаковые: «А вдруг нас лишат жилья?» «А вдруг из-за долгов будут какие-то проблемы в школе?» «А если кто-то придет домой, когда ребенок один?» «А если придет опека?» «А если поставят на учет как неблагополучных?» И чем больше человек накручивает себя, тем страшнее становится. Но если убрать эмоции и посмотреть спокойно, многое из того, о чем переживает родитель, ничего общего с реальностью не имеет. 1️⃣ Дети не отвечают по долгам родителей. Ни сейчас, ни потом. Банкротство - это история про конкретного взрослого человека. Не про семью в целом. И точно не про ребенка. 2️⃣ За долги не лишают родительских прав. Не ставят на учет. Не уведомляют школы и детские сады. Этого просто нет. Что реально может быть? ☝️Если есть имущество, кроме единственного жилья, его будут оценивать. Если есть несколько объектов, нужно разбираться, что сохраняется, а что нет. Но это разговор про имущество. Не про детей. Огромное количество родителей в России годами живут в напряжении «ради детей». Терпят звонки, списания, вот этот постоянный страх. А ребенок чувствует это напряжение. Он не знает про долги, но он видит тревогу. А спокойный родитель, в особенности мама (папы, вы уж меня извините, но у мам с детьми немного другая связь), - это спокойные дети. И когда на консультации начинаешь разбирать все спокойно, по шагам, оказывается, что угроз на 90% меньше, чем представлялось.