заменять одни слова иными, но итог остаётся неизменным. Тогда человек заявляет, что всё это вымысел, невежественные и изжившие себя предрассудки древности, первые попытки словесного творчества. Минувшее с каждым днём всё настойчивее поглощает свои тайны, и уже спустя 5 веков остаются лишь невнятные ошмётки, блеклые отзвуки загадочных идей, представляющихся современному человеку, чем-то безгранично далёким, и вместе с тем невероятно родным. Его манит первобытный глас волшебного наследия, и человек идёт к нему, но не имея знания, силы и понимания того, как с ним обращаться, пришедший упирается в стену, и разочарованно уходит прочь. Сколь поразило бы его открытие, что ключ к древним тайнам покоился вовсе не в невиданных сборниках заклинаний, а прямо за окном, в ближайшем лесу, у самого заурядного озера или поляны. Это и есть Язычество, о котором я столько говорю. Его подлинно духовные истоки и истинная основа, без которой внешняя сторона лишена всякого весомого значения. Всякая книга раскрывается перед нами на две стороны, книга Природы – не исключение. Одна сторона во внешнем взаимодействии с ней, вторая – в духовном осознании сей связи. Именно Природа и именно стихии, открывали человеку осознание на божественную составляющую Мира. Он понимал, что раз у него самого столь много проявлений: тепло, дыхание, звук речи, то таковые проявления есть и у того же солнца: свет, тепло, постоянство, влияние на каждое проявление земной природы. Рождалось понимание, что одно великое – есть совокупность множества. А не выходит ли тогда так, что будучи самым великим, Бог тоже проявляется разными видами? Что если все явления природы божественны не без причины, а по своему естественному происхождению от единого Бога? Рода. Если он настолько велик, что создал целую Вселенную, и, возможно, не одну, то может Он общается со мною иначе, чем общался бы я сам? Там, где была бы моя щедрость – есть плодовитость земли. Где являлась бы моя забота – имеется тёплое солнце. Где требовалась бы моя строгость – есть границы пространства и времени. И раз я способен до этого додуматься, то так ли уж невероятна возможность всего этого? Ох, милые мои, к каким только размышлениям может привести пара часов тишины у костра. Я очень надеюсь, что однажды всё мною сказанное будет само собой разумеющимся, и об этом не придётся говорить в книгах и видео, ибо сие есть само основание врождённой силы мировосприятия человека. Той силы, которую религия стремится перенаправить в угодное её основателям русло, поливающее лишь их владения, покуда человек изнемогает от духовной жажды.