Пара слов про хорошую статью П.П., посвященной проблемам политизации российской музыки. - Мне показался спорным тезис «в нулевые музыка была аполитичной, а потом резко политизировалась». Кажется, это взгляд, скорее характерный для конвенционального музжура, в котором «музыка» - это то, про что писала условная «Афиша». Во всяком случае, такой тезис требует аргументации, а то ведь в нулевые в околомузыке много чего происходило. Какие из перечисленных в статье групп и треков десятых по политической влиятельности сравнятся с боновскими группами нулевых, с песней «На порядок выше» Касты или наоборот, с «Проверочной линейкой»? - Я полностью солидаризируюсь с автором в части его ворчания про то, что одна проблем политической музыки – что она просто констатирует факты, а не предлагает «чего-то большего». Картин будущего музыка действительно не предлагает, например. Но, на секундочку, это проблема вообще всей культуры пресловутого позднего капитализма. Кстати, музыка с картинами будущего все-таки существует, пусть и не эксплицитно политизированная/протестная и уж точно не влиятельная и не редактирующая реальность (хотя даже мегамейнстримные Граймз и Трэвис Скотт этой темы касались). - «А вот посмотрите, как хорошо было с политической музыкой раньше». Ну ок, было раньше, но практически все перечисленные в тексте треки и песни прошлого написаны до окончательного воцарения позднего капитализма, только-только в процессе становления неолиберальной музыкальной индустрии. То, что работало тогда, не сработает сейчас, любые «протестные» исполнители в мейнстриме моментально встраиваются в злую-благодушную цифровую реальность, и клиппинги с дезгрипсами на стримингах ничем не отличаются от Дуа Липы, и ни на что не влияют. Странно противопоставлять СОВРЕМЕННЫХ Idles РАННИМ Scritti Politti. Да, кстати, а на что смогли повлиять прекрасные протестные песни условных Gang of Four, как они смогли отредактировать какую-либо реальность, кроме реальности собственных песен? Их слушатели быстро стали клерками неолиберальной машины, которая побеждала ровно в тот момент, в который Кинг пел Damaged Goods. Кроме того, подход «посмотрите, как было раньше» уж слишком близок к воспеванию прекрасного прошлого, еще шаг – и можно обнаружить себя участником марксистского (фишерианского, простите) кружка в коммуналке в окружении ковров. Так что неплохо было бы вернуться к этому вопросу более диалектично, что ли! - В итоге мы приходим к выводу, что истинная политизация музыки – это то, что обычно называют «трансгрессивностью», и тут уже ступаем на зыбкую почву постироничного рисования свастонов (это для музыкального критика трансгрессия – когда берут какой-нибудь хитрый аккорд в хитром месте, а для слушателя и музыканта внятные жесты значат по сей день куда больше, см. кейс Канье). Интересно, что субкультуры, традиционно считающие себя наиболее «трансгрессивными» и витальными/мортальными (нойз, постпанк, всякое эзотерическое подполье) в итоге зависли между тотальной аполитичностью («мы прост музычку делаем, мы вне политики, вот вам зига хаха») и поездками на Донбасс повоевать за Вагнера. - В последней главе мне показалось, что автор просто перечисляет любимые им группы, волюнтаристски и с применением неверифицируемых критериев типа «превращая убогое в великое» наделяя их какими-то свойствами, которые должны их как бы оправдать. Простите, никак не могу поверить в группу Nikto как в пророков новой политической музыки на русском. Ну и в целом все это выглядит немного как «ну пишите хорошую музыку и все будет хорошо».