В русском языке есть слова, которые десятилетиями балансируют на грани нормы. Одно — форма «извиняюсь».Традиционная литературная норма категорически не допускает форму первого лица единственного числа «извиняюсь». Она считается грубым просторечием. Правильным признаётся только обращение «извини» или «извините». Тем не менее на рубеже XIX–XX веков ситуация была другой. В произведениях и переписках А. П. Чехова или М. Горького эта форма встречается. Например, в рассказе А.П.Чехова «Хористка»(1886) героиня произносит: «Я была возмущена и наговорила вам много неприятного, но я извиняюсь.» Несмотря на использование слова классиками, филологи видели в этой форме серьезное искажение логики языка. Суффикс -ся является возвратным (умываюсь — мою себя). Следовательно, «извиняюсь» семантически несет оттенок «извиняю себя сам», что противоречит самой сути просьбы о прощении. Особенно резко против этого слова выступал Корней Чуковский. В книге «Живой как жизнь» он отмечал, что массовое распространение этой формы после 1917 года привело к утрате истинной вежливости: «...слово "извиняюсь" <...> считалось верхом учтивости, хотя в нем явственно сказывалось высокомерное отношение к окружающим: я, мол, извиняю сам себя, а до вас мне и дела нет». На сегодняшний день форма «извиняюсь» продолжает сохранять оттенок обиходно-разговорной речи. Она допустима в непринужденной беседе, но в официальной обстановке, в публичном выступлении или деловой переписке её употребление нежелательно. Выбор между «извиняюсь» и «прошу прощения» остается за вами, но важно помнить: наша речь — всегда отражение нашего отношения к собеседнику.