– Ты прости меня, Кася, за подначивания, – сказала Найдена, глядя куда-то в пол. – У меня подруг не было никогда, а хотелось... Ой, как хотелось! Она вдруг подалась вперед, схватила Касю за запястье, усадила на сундук, на который кинула то самое покрывало, чтобы мягко и тепло было. – Ты ведьма, и я – ведьма, – сказала Найдена. – Ты – девица, и я девица. Давай дружить! – Ну, давай, – ответила Кася. – Только я девчонка домашняя, а ты – разбойная царевна. Она села на сундуке, выпрямив спину и подобравшись. – Не боишься, что соплями да слезами тебе рукава парчовые испачкаю? Что ныть буду и канючить, когда пряничка печатного на завтрак не найдется? Что к мамке-папке запрошусь завтра утром? Найдена посмотрела на нее, чуть откинув назад голову: – Девчонка домашняя, говоришь, – ехидно протянула она. – В любви выросшая, иного не знавшая. У которой колдун в друзьях, черт в прислужниках и которая Мстишу Волчка убить пожелала! Нет, не боюсь! Не запачкаешь, да и канючить не будешь. Те, которые канючат, они досюда не добираются. Своим ходом не добираются, – поправила она себя. Шоб не думали, что я хуйней страдаю: вот кусок текста, который надеюсь сегодня отредачить и завтра уже продолжить