Какие вообще есть исторические примеры «примирения белых и красных»? Самый, наверно, яркий пример, это когда полпотовцы в 80-е объединились с националистами из «Кхмер Серей», а также с умеренными социал-монархистами (и друзьями КНДР) Нородома Сианука, чтобы дружить против вьетнамцев и их кхмерских союзников во главе с Хун Сеном. Ну, еще в Эфиопии монархисты из Эфиопского демсоюза под конец гражданской войны объединились с тыграйскими маоистами против друга СССР Менгисту. У каждой из сторон тут были чётко обозначенные индивидуальные интересы и сколько-то позиций, которыми можно было пожертвовать во имя общенациональных интересов. А главное, что и у красных, и у белых в этих случаях было сколько-то реальных дивизий. А когда публицисты, у которых нет никаких дивизий, начинают заявлять, что помирили белых и красных — это театрализованный перформанс творческой интеллигенции, а не политика. Ни белые, ни красные ради этого не откажутся от своих идей, и что ещё важнее, от своего пантеона. Дивизии, кстати, можно заменить на парламентские фракции с доступом к принятию решений. Суть та же. В нашем случае нет ни дивизий, ни формирующих власть идеологических партий, но есть инициативные группы, которые ценят наследие белых или красных. И каждая из этих групп старается прогнуть абсолютное государство под свою картину мира, чтобы потом давать по шапке оппонентам его руками. Инициативные группы — сущности эфемерные. Составить из них стабильную коалицию во имя какого-то примирения невозможно. Тут вам коалиция и консенсус — там новые непримиримые возникли. Поэтому «примирение белых и красных» — это фраза, лишенная практического содержания. Ну его.