В начале 1970‑х годов, когда в Новороссийске запустили производство «Пепси‑колы» из импортных концентратов, в советском руководстве задумались о собственном напитке — таком, чтобы не уступал зарубежным, но при этом был по‑настоящему своим. Задача оказалась непростой: требовалось создать нечто уникальное, опираясь на отечественные ресурсы и традиции. За дело взялись специалисты Всесоюзного научно‑исследовательского института пиво‑безалкогольной промышленности, а во главе творческой группы встала Галина Леонтьевна Филонова. Работа шла непросто. Поначалу хотелось использовать зверобой — он придавал напитку особый, чуть терпкий оттенок, напоминавший о лесе и травах. Но быстро выяснилось: вырастить его в нужных количествах почти невозможно. Пришлось искать замену — сначала попробовали чёрный чай, потом добавили экстракты боярышника и рябины. Каждый шаг требовал новых расчётов, проб и ошибок: то осадок появлялся, то пена выходила слишком обильной, то вкус получался не таким, как задумывалось. Постепенно складывался рецепт, который позже узнают миллионы. В нём смешались экстракты шалфея, полыни горькой, корня дягиля, горечавки, кардамона, хмеля, эвкалипта, лавра, цветки бузины и корень солодки. К этому добавляли питьевую воду, сахар и лимонную кислоту. Чтобы цвет получился насыщенным, использовали сахарный колер, а для сохранности — лёгкие консерванты. Напиток выходил тёмно‑коричневым, с пряно‑травяным букетом, совсем не похожим на привычную «Колу» или «Пепси». Название выбрали не случайно. «Байкал» — это не просто озеро, а символ простора, чистоты и силы, что хорошо отражало замысел создателей. Первая бутылка с такой этикеткой появилась в 1973 году, а производство наладили на Московском заводе безалкогольных напитков и на фабрике «Полюстрово» в Ленинграде. Настоящий звёздный час «Байкала» наступил в 1980‑м, когда в Москву съехались гости Олимпиады. Иностранцы, ожидая увидеть очередной дешёвый аналог западной газировки, с удивлением обнаруживали сложный, многогранный вкус — с нотами трав, едва уловимой горчинкой и долгим послевкусием. Напиток быстро стал дефицитом, его везли из столицы в другие города как особый подарок, а за границей туристы и дипломаты покупали ящиками — на сувениры и просто чтобы ещё раз ощутить тот самый вкус. Шли годы, менялись времена. После 1991‑го производство на время прервалось, но память о «Байкале» не исчезла. В 2000‑х его начали выпускать снова, хотя рецептура уже не везде повторяла оригинальную. В 2019 году Роспатент признал «Байкал» общеизвестным товарным знаком Российской Федерации — своего рода официальным признанием того, что напиток стал частью культурного кода. Сегодня «Байкал» по‑прежнему можно найти на полках магазинов. Он уже не тот, что в семидесятых, и всё же в нём угадывается что‑то знакомое: отголосок эпохи, когда учёные и технологи мечтали создать не просто газировку, а напиток с характером — настоящий, свой, родной.