Странное ощущение от Олимпиады. Может, дело в феврале, который с каждым годом кажется все длиннее. Может, слишком повзрослел. Но все какое-то картонное. Маленькое. Корпоративное. Великий лыжник Клебо бежит к своим шести золотым. В это время другой великий лыжник Большунов топчет снег за тысячу км. И топчет уже четыре года, выгорая без международных соревнований. На следующей Олимпиаде ему будет 33. Разница между ними в том, что первому мужички в пиджаках разрешили бегать на Олимпиаде, а другому – нет. Поэтому первый станет величайшим, а второй – одним из. Вот и вся суть. Быстрее. Выше. Если пригласят. Понимаю, вокруг происходят события поважнее, а Большунов, как участник неспортивных митингов, в чем-то виноват и сам. Но логики тонка. Странно требовать не туннельного мышления от спортсмена, которого с детства учат смотреть в снег и бежать. Но дело не в Большунове. Просто все какое-то маленькое. Корпоративное. Клиповое. Пока улыбчивая шведка Фрида Карлссон финиширует с флагом, 20-летняя Алина Пеклецова, выиграв почти все в России, смиренно принимает, что сейчас не в Италии. Потому что выступает за клуб ЦСКА – силовую структуру. Алина успокаивает себя, что на следующих Играх ей будет 24. Пока умница Доротея Вирер пытается поймать последний шанс на олимпийское золото, Виктория Метеля бежит третьей на Кубке России по биатлону – с мыслями вроде этой: «Если всю карьеру пробегаю без международных стартов – это будет самым большим разочарованием в жизни». На родной базе Метели туалет до сих пор на улице, с детства ее штрафовали за промахи и отбирали еду. И она бьется с чиновниками, чтобы у детей после нее стало лучше. А еще ждет, что скажут мужички в пиджачках через год-два-три. Пока модельной внешности голландка Ютта Лердам плачет, по-голливудски размазывая тушь и празднуя олимпийский рекорд в коньках, лысеющий Павел Кулижников мимо очередной Олимпиады. В этот раз сам решил — пускали только не на свою дистанцию, где он никогда и не побеждал. Кулижников мог стать великим, но когда сносил рекорды и брал ЧМ, его не пустили на ОИ-2018. Из-за мельдониева дела, по которому был оправдан. Понятно, голландка не виновата во всей этой духоте. Как и Вирер, как Клебо с Карлссон, как и все те, кто прошел путь до ОИ – который никогда не бывает легким. Но видя все то, что вижу, и ощущая все то, что ощущаю, их драма (которая настоящая и, вероятно, красивая) – кажется клипом на Евровидении. Милые люди весело катаются на ботиночках с приделанными лезвиями. Задорно бегут на двух палках, еще двумя толкаясь. Держи медаль. А вокруг оскароносный лоск, который другие спортсмены смотрят из фильмов Юрия Быкова. Привет сотням поломанных карьер – под пение Марайи Кэри на открытии. Наверное, так неправильно думать. Жизнь – сложнее, больше. Пытаюсь себя одергивать – видеть в толчках Клебо величие, в красоте Лердам — гармонию, а в фигуристе Малинине (из США) — новую эпоху катания, но вижу просто людей. Которым повезло чуть больше. Пытаюсь искать позитив – лыжников Коростелева, Непряеву, фигуриста Гумменика вот допустили. И еще нескольких тоже. Наши. Но в общей картине смыслов это выглядит так же грустно. Быстрее. Выше. Если пригласят. Непобедимые титаны Олимпиады в роли «Иванушек» на корпоративах 00-х. И последнее. Думал, почему не чувствую столь же злого разочарования в футболе? Где нас вообще никуда не пускают до сих пор. Не знаю. Возможно, потому что изоляция отобрала у футболистов мечту, но не реальность. В футболе мы лет 35 уже случайные люди на чужом празднике – с редкой шумной вечеринкой раз в 10 лет. При этом уехать в европейский топ-клуб даже сейчас – сложно, но можно. А у людей вроде Большунова, Пеклецовой, Метели и других олимпиоников – отняли и мечту, и реальность. @terentev_pishet