⬇️ Последнее звучащее в спектакле, как я уже сказала, - строчки Галича: «А бойтесь единственно только того, // кто скажет «Я знаю, как надо». В спектакле нет ответов, это, скорее начало разговора, в котором вместе с людьми не сцене можно подумать над тем, над чем всем над приходится думать последние годы - о природе насилия, о деления мира на своих и чужих, о неминуемой необходимости когда-то начать общаться с людьми, у которых другие взгляды и у которых за спиной совершенные преступления, в том числе насильственные. О том, что этот диалог всех нас в любом случае ждёт. Не знаю, сможет ли театр помочь выстроить мосты между двумя мирами, между «своими и чужими» - Крестьянкин, думаю, тоже в этом не уверен, но надежда на это есть. Если в колонии мало образованным подросткам можно показать видео Кастеллуччи (начало «Ада», где на него набрасывается свора собак) и Абрамович (ее перфоманс «Встреча с художником»), если они от них что-то почувствуют, то может и с другими выйдет… наивно, но так хочется в это верить.