Забыл рассказать о том, что почти закрыл один свой гештальт — провёл лекцию о поэме "Москва — Петушки" Венедикта Ерофеева. 😉очему почти? Потому что рассказывал филологам, а хотелось философам. Не поймите неправильно: мне очень нравится работать с крымскими филологами-русистами (как студенты — лучшее, что я видел за последние годы). Однако где-то пришлось подстраиваться, где-то ограничивать себя, ибо учитывать специфику аудитории дело праведное. Но всё же это случилось! 🤣так, зачем мне вообще понадобился Ерофеев со своими "Москва — Петушки"? 1️⃣ Это о чём-то очень понятном. И нет, я не про весь этот алкогольный сумбур, гротеск, декаданс и прочее. Это о желании убежать от требовательного, холодного и расчётливого мира; о стремлении прикоснуться к мечте, столь неясной, что её приходится описывать в самых вульгарных формах; о самообмане и нежелании признаться себе в истинных мотивах своих поступков; о неготовности нести ответственность... О ребячестве, в конце концов. 2️⃣ Это про поэтику. Вот — женщина, о которой пьяный пассажир электрички рассуждает в самых похабных и отвратительных выражениях, и именно через них мы приходим к ощущению её чистоты и возвышенности. Вот — отец, терзаемый похмельем: он берёт на руки маленького ребёнка, думает о своей "суке с прекрасными ляжками", а ребёнок говорит ему "Я люблю тебя, папа". Текст производит те эстетические аффекты, для которых используемые им выразительные средства будто бы и не предназначены. 3️⃣ Это о доброте посреди грязи. Есть тексты, в которых грязь побеждает: всё самое чёрное, мерзкое и поганое из человека вылезает наружу, он в этом купается и обмазывает этим мир. Всё плохо, все тщедушны, всё давно опорочено. Здесь, кажется, тоже всё отвратительно и сломано: герой давно уже не герой, его путь прервётся поражением, и все окажется бессмысленным… Но ведь держится. Держится несмотря на пьянство, несмотря на низость вокруг. И пускай в финале он вопиёт к небесам "Зачем всё это?" — ты понимаешь: лучше так. Пусть так. 😀 ещё это про Анти-Пасху. Про то, как страдания не приводят к прощению, а смерть не побеждается воскресением. Про то, как человека расщепляет на куски и его собственное "Я" разматывается по всему вагону. Про то, как можно не успеть и оказаться не готовым дать ответ, и не войти в Царствие Небесное… 😉ожалуй, в этом самая страшная правда этого текста. Нет никакого "потом". Нет момента, когда можно будет собраться и начать жить по-настоящему. Есть только движение — сквозь самообман, слабость и собственную низость — к концу, в котором не обещано ни ответа, ни надежды. Это рассказ о конце, который наступает не после катастрофы, а после долгого отказа быть собой. Но оставим это для философских бесед. Это как-нибудь потом. Хотя не будет никакого "потом". P.S. А вы любуйтесь на Венечку в исполнении Алексея Верткова... #заметки