С праздником Феодоровской иконы Божией Матери, дорогие друзья! Чудеса исцеления от Святогорской иконы Божией Матери «Феодоровской», опубликованные в 1908 году игуменом Иоанном (Мазем) По вступлении моем в управление Святогорским монастырем Псковской епархии мне неоднократно приходилось слышать рассказы разных лиц и святогорской братии о многих чудотворениях, бывших и бывающих от святогорских икон в особенности во время хождений с сими иконами по окрестным городам и селениям. Первое время я оставлял такие рассказы без внимания; ныне же – когда подобные рассказы не только не прекращаются, но ещё умножаются, притом доходят до меня от тех именно лиц, которые удостоились испытать чудесную помощь лично на себе или на их семействах, – я считаю грехом оставлять таковые без записи в летописях монастырских и огласки в печати для утверждения в вере православного народа и на прославление Господа Бога и Царицы Небесной, пока ещё живы свидетели сих чудес и лица, над которыми оные совершились, и желающие могут проверить таковые во всякое время на месте посредством опроса, даже под присягою. Подобных чудотворений у меня записано теперь более 10, но я начну с описания пока нижеследующих двух, сообщенных мне лично, со слезами на глазах, проживающим при монастырской слободе Тоболенце портным Николаем Васильевым Спицнаделем. I. В 1876 или 1877 годах жена моя Марфа Иванова заболела водянкою до того сильно, что тело ее сделалось от сильной опухоли даже прозрачным, и доктора отказались ее лечить, предвкушая ей скорую кончину. Однажды, в сентябре месяце, когда ей было уже очень трудно, а все чудотворные иконы Святогорского монастыря находились в крестном ходе к городам Новоржеву и Опочке, моей жене приснилось ночью, чтобы она позвала к себе на ночлег икону Божией Матери Феодоровскую, которая ее исцелит. У больной жены явилось сильное желание принять к себе в дом на ночлег святую икону Феодоровскую. Но как принять ее, когда в то время не было еще примера, чтобы кто-либо из Тоболенских жителей брал к себе на ночлег Святогорские иконы? 27 сентября все иконы возвратились в свою обитель в свое время, только одной еще не было – Феодоровской, ибо бывший при ней священник – Василий Мухин – настолько в дороге ослаб, что не мог далее следовать и должен был остаться в ближайшей деревне вместе с этой иконою. Не вернулась сия икона даже и к тому времени, когда в монастыре отошло уже всенощное бдение. Жена моя, узнав, что иконы нет даже и в 11 часов вечера, сильно затужила и даже стала плакать, что ей не удастся принять святую икону к себе на ночлег. Какова же была наша радость, когда вскоре после того к нам стали стучаться в окно и просить о принятии на ночлег именно означенной иконы Божией Матери Феодоровской вместе с сопровождавшим её духовенством! По позднему времени ворота монастырские тогда были уже заперты, и служивший при иконе не желал беспокоить братию монастыря об открытии ворот. Конечно, с великою радостью мы приняли к себе такую дорогую гостью, а утром священник о. Василий отслужил пред нею Царице Небесной молебен о больной. И что же? После сего жена моя немедленно окрепла здоровьем, а чрез дня три совершенно выздоровела и начала работать, как будто никогда не болела. С того времени мы ежегодно стали принимать к себе в дом Феодоровскую икону Царицы Небесной. Впоследствии по причине совершившегося подобного же чуда в доме нашего слободского жителя Михаила Александрова и он возымел усердие принимать к себе в дом эту же икону, а потому мы теперь с ним чередуемся: один год принимаю ее я, а он, Александров, – Успенскую; в следующий же год он принимает Феодоровскую, а я Успенскую икону. II. Спустя после того лет 10 у нас был больной ребенок лет 3-х по имени Петр. У этого ребенка от ушиба стал расти горбик как сзади, так и спереди. Когда он ползал по полу, то ползал все назад, но не вперед, как это следовало. Однажды, когда по обычаю к нам принесли икону Божией Матери Феодоровскую, то это ненормальное состояние ребенка заметил и служивши