Почему меня практически не было здесь в новогодние каникулы. Часть 1. Это личный текст. Прошу вас бережности. Перед самым Новым годом сын моей близкой подруги Наташи Еременко, трёхлетний Оскар, попал в реанимацию. Обычный, казалось бы, ротавирус дал тяжёлое осложнение - гемолитико-уремический синдром (ГУС): из за инфекции почки малыша Оскара перестали работать. Диализ каждый день, переливания крови, разговоры о возможной пересадке. К счастью, родителей пускали к нему даже в палату интенсивной терапии - они могли быть рядом с сыном. Я всегда очень чувствительно отношусь к болезням детей. Когда у дочки была рвота - меня тоже тошнило; когда она кашляла - я кашляла вместе с ней при полном своем здоровье. Однажды, когда её оставили на ночь под капельницей (тогда у нас родителей к детям не пускали), я не смогла уснуть, шла зимой через полгорода пешком (автобусы ранним утром еще не ходили) к больнице и ждала у дверей, когда можно будет к ней попасть в палату. Сейчас так же реагирую на болезни внуков. И здесь ещё рядом бегает наш трёхлетний Лео - это усиливало во мне ужас от того, что происходит с Оскаром далеко в Аргентине. При этом я всегда эти свои чувства заворачивала внутрь, сосредотачивалась на задаче и действовала конкретно и рационально. Пустые разговоры и излишние эмоции, по моим ощущениям, разбивают концентрацию - и мою, и процесса лечения / выздоровления. 31 декабря я прочла пост Наташи - и словно разделилась на две части. Снаружи - Новый год: ёлка, горки и коньки, подарки, салаты, шампанское, салют. Внутри - полная концентрация: жду новостей от Наташи, читаю про болезнь и протоколы лечения, ищу прогнозы специалистов. Держаться за реальность. Не улетать ни в высокие, ни в низкие материи. Моя задача была стоять твёрдо и верить: что всё получится - у врачей и у Оскара. Верить так, чтобы этой уверенностью подпитывать Наташу и малыша, пусть и на расстоянии. На это уходили все силы. Я писала Наташе только короткие слова поддержки - и всё. Продолжение в следующем посте.