Вопрос о национальности на польской переписи 1931 года, к сожалению, не задавался. Некоторые представления об этническом составе можно получить из данных по родному языку, но многие люди, особенно в этнически смешанных регионах, могут переходить на более престижный язык соседа, не теряя самосознания. В 2001 году многие украинцы Новороссии указали родным языком русский, а в тридцатые ничего не мешало существовать польскоязычным украинцам и белорусам. Думаю, в межвоенной Польше можно уверенно считать украинцами и белорусами почти всех, указавших родным польский язык, но религией православие или грекокатолицизм. На верность этого допущения по крайне мере для Галичины косвенно указывает то, что после войны уехали в УССР или были высланы на запад 442 тысячи украинцев, а в 1931 году на тех же землях жило около 300 тысяч украиноязычных. В годы войны Галичина пострадала меньше Белоруссии или запада РСФСР, но рост численности населения в 1,4 раза за 15 лет в регионе, пережившем войну, представляется фантастическим.