Турция, в свою очередь, становится главным региональным бенефициаром ослабления России. Военно-политическое сотрудничество Анкары с Баку закреплено союзническими соглашениями, а экономическое и энергетическое влияние Турции на Кавказе продолжает расти. Одним из центральных проектов нового регионального порядка стал так называемый «Маршрут Трампа за международный мир и процветание» — транспортный коридор, который должен соединить Азербайджан с Нахичеванью через территорию Армении. Стороны договорились передать управление этим маршрутом США на длительный срок. Проект фактически превращает давний предмет спора в инструмент экономической интеграции и одновременно снижает роль России и Ирана. Для Москвы вопрос участия в обеспечении безопасности этого коридора становится тестом на сохранение влияния. Однако пространство для маневра ограничено: доверие к России в регионе серьезно подорвано. Иран также воспринимает новые транспортные проекты как угрозу своим интересам, поскольку они могут изменить существующие торговые маршруты и снизить его геополитическое значение. На фоне войны в Иране, Тегеран утрачивает стратегическое значение, что усиливает турецкий фактор. Параллельно развивается Транскаспийский международный транспортный маршрут — альтернатива путям через Россию, связывающая Китай с Европой. Вместе с энергетическими проектами он превращает Южный Кавказ в важный логистический и энергетический узел, все более независимый от Москвы. В результате регион стремительно переходит от российской доминации к многополярной системе, где усиливаются роли США, ЕС и Турции. Даже если Россия попытается восстановить позиции после окончания войны в Украине, утраченного доверия может оказаться слишком много, чтобы вернуть прежнее влияние.