Саудовская Aramco вывела свой трубопровод Восток-Запад (Petroline) на максимальной мощности в 7 млн баррелей в день, перенаправляя сырую нефть из восточных месторождений в порт Янбу на Красном море. Казалось бы, хитрые саудиты всё предусмотрели и теперь заработают сверхприбыль на иранском кризисе? Но нет. Ставки на доставку нефти из стран Ближнего Востока в Азию танкерами-дальнобойщиками класса VLCC достигли исторических максимумов. Сегодня продавцы ближневосточной нефти отдают 16 долларов с бочки за доставку в порт покупателя. Это кратно выше средних 2-3 долларов, характерных для спокойного периода. В итоге доставка нефти обходится в 13-15% от её стоимости. А ведь хуситы ещё даже не пытались перекрыть Баб-эль-Мандеб. На стоимости фрахта сказываются как резко подорожавшие страховки, так и дефицит этих самых танкеров. Изрядное их число заперто в Персидском заливе; за несколько лет до событий в Иране все свободные танкеры скупали российские нефтяники, а новые заказы на строительство резко снизились. Ибо развитый мир, как известно, боролся с «карбоновыми следами» и вообще нефть в перспективе никому была не нужна. Рост цен на фрахт танкеров преследует и других нефтяников по всей планете. В общем, к танкерному кризису мир шёл много лет и теперь пожинает его плоды: даже если есть возможность отгрузить нефть, например, из порта Янбу (Саудовская Аравия) или Фуджейра (ОАЭ), доставка этой нефти обойдётся в копеечку. На этом фоне «спецоперация» по созданию своего танкерного флота российскими нефтяниками (пусть и из видавших виды ржавых посудин) выглядит как абсолютно правильный и выверенный стратегический ход. Сегодня «теневой флот» России позволяет, во-первых, вести гибкую торговлю нефтью и нефтепродуктами (здесь не только доставлять, но и хранить), во-вторых, не зависеть от переменчивых цен на услуги сторонних компаний, в-третьих, зарабатывать сверхприбыль в условиях, когда другие продавцы-конкуренты получают убытки.