Сегодня был непростой день. В последний день перед отпуском вся душа сопротивляется тому, чтобы работать, и не просто, а даже присутствовать там. В такое время думаешь о себе - как устала, как хочется отдохнуть, как уже завтра утром будешь не впопыхах лететь на работу, а попивать кофэ с яствами да починять примус. Мои мысли были прерваны вызовом в приемный покой для осмотра пациента. Я осматривала молодого парня, внезапно и выражено заболевшего. Он был растерян, напуган, загружен переживаниями. В отделении мы видим много таких, с разной симптоматикой, в разном состоянии, лечим, выписываем, и так по кругу - кто-то выписывается, кто-то заболевает и приезжает к нам. Родственники пациентов тоже приходят ко мне на беседы и психотерапию, но позже, не в момент поступления пациента. К этому времени аффект спадает, и состояние родственника, как правило, уже не вызывает беспокойства. Моё внимание привлекла мама поступающего. Она была не менее растеряна и напугана, но стоическая женщина старалась держать лицо, была вежлива с врачами, старалась помочь, однако временами эмоции прорывались наружу. Было понятно, насколько ей больно, страшно, обидно за своего ребёнка. Закончив осмотр, я забрала маму с собой в отделение на беседу. Я не всегда так делаю, но тут, видя как тяжело женщине, как она не меньше сына сейчас нуждается в помощи, я сама захотела с ней поговорить. Я рассказала ей о нашем отделении, о занятиях, которые мы проводим, с чем мы работаем, как лечим. Рассказала о том, что будет происходить в ближайшее время, и о том, что в своем горе она не одна - к сожалению, таких пациентов и несчастных родственников много, но самое страшное в их ситуации не болезнь, а неосведомленность. Я постаралась дать хоть какую-то информацию, чтобы успокоить её, и хоть немного, но это помогло. «Спасибо, я всё поняла» Я думала о том, что мою работу можно обозвать как угодно - сложной, тяжелой, невротизирующей, опасной, но точно не бесполезной. И кофэ с яствами я обязательно попью, но позже, а сегодня нужно еще немного поработать.