очень много думаю о сочетании двух кульминационных сцен Магеллана: в начале фильма - и в конце хорошо в эту арку вписываются слова самого Лав Диаза: "I don’t want to show spectacle, especially on the nature of crimes or the physicality of violence. For me, to make that a spectacle in cinema is obscene. I just want to show the aftermath, in a way, out of respect for the human condition."