И тут мне вспомнился ещё один эпизод, часто перечитываемый мною в нашей исторической реальности. Это бывает вечерами на Витебском вокзале. *** С Витебского вокзала по вечерам уходит поезд на Белгород... Вот только шёл от метро и тебя окружали либералы и мажоры в лакированной обуви и красных шарфах. Но сделал шаг, открыл тяжёлую деревянную со стеклом дверь вокзала и словно оказался в другом мире. Рядом с мужчинами в полёвках стоят высокие рюкзаки. Это военные. У них нет различиев на форме. Разве что у кого-то шеврон вагнеров затеряется или флага имперского. Они ждут кого-то, вглядываясь в лица входящих. Прохожу через рамки досмотра и вдруг взгляну нечаянно на их осмысленные лица, на весь их непривычный жителю снобного города антураж. А ведь они тоже все наши, питерские.   Они стоят у старинных темно-коричневые лавках в полевой форме. И хотя она не та, что в музеях или на День Победы, но такая до боли знакомая, родная, словно из семейного архива - в пиксельку. У стариков, в основном, кому за 50, и таких много, серые, словно от пыли лица, взгляд глубокий, но он не светится беспечностью. Он серьёзный, не инфантильный. "Здорово", "добро" "да, вот, снова" "скоро подъедут"... Звучат эхом по коридорам вокзала слова. Кто-то обнимает друг друга. Я иду тихо как мышка, боясь разрушить этот мужской настоящий мир. Поднимаюсь на второй, там где уже ждут своих пассажиров поезда. Старинные чугунные арки вокзала теряются в натопленном дыме от угля в вагонах. Дышать тяжело. У электронного табло, которое видно придумал художник в этой череде музейных событий, потому как в этой исторической драме такого быть не должно, стоят прощаясь чьи-то жёны и притихшие дети. Нет, они не плачут. Одна молодая женщина даёт мужу икону, другая  крестит супруга. А дети смотрят и молчат. А вот группа в гражданском. Кроме рюкзаков у них большие челночные в клетку баулы. Но ведь не девяностые... Это гуманитарка? Мавики? Думаю я. Они все смотрят на табло, поезд уже подали, натопили, кипяток точно есть в вагонах, но никто не спешит. Последние минуты вместе. Всем им уже некуда спешить, это люди из вечности, русской вечности, на русском вокзале, как и больше ста лет назад отправляются на запад, чтобы защитить границы своей Родины, своих русских, там на окраине, на фронтире. Они дышат этот историей, они вечны.   Проносится в голове образ памятника у входа - он посвящен воинам первой мировой, отправляющихся вот также с этого вокзала на фронт.  Я называю этот поезд мертвые, но живые. Настоящий поезд. И только у табло вдруг чувствуешь до глубины души,  ценность всему и свою настоящую цель, свое предназначение. Вот эти лица - они настоящие их так не хватает каждый день в симулякре за пределами исторического портала Витебского вокзала.