Хочу всё знать: как ЦБ и налоговая могут использовать сведения о доходах и расходах граждан Новость о запуске с 2027 года автоматического обмена данными между ЦБ и ФНС для выявления доходов граждан по переводам формально выглядит как очередной шаг в совершенствовании налогового администрирования. Но в контексте уже существующих инструментов Банка России и логики развития системы противодействия легализации доходов (ПОД/ФТ), — становится очевидно: мы видим лишь верхушку айсберга, за которой может скрываться фундаментальное изменение подходов к финансовому мониторингу. Пока, судя по заявлениям официальных лиц, речь идет о сугубо техническом обмене: налоговая будет получать от регулятора данные о переводах между физлицами, где сработают некие «индикаторы риска» предпринимательской деятельности. А какова конечная цель получения этих сведений? Будет ли это просто доначисление налогов по результатам контрольной работы, или же данные лягут в основу более сложной аналитической системы? Здесь уместно вспомнить, что у ЦБ уже существует успешно функционирующая платформа «Знай своего клиента» (так называемый «светофор»), которая сегодня оценивает риски вовлеченности в теневые и нелегальные финансовые операции исключительно для юридических лиц. Платформа готова к масштабированию на физических лиц, в том числе на сложные цепочки с участием бюджетных организаций, которые, как мы видим из хроники уголовных дел, также далеко не всегда остаются в «белой» зоне. Но до сих пор для запуска аналогичной системы в отношении граждан регулятору не хватало именно того звена, которое сейчас и формируется, — полных и достоверных данных о структуре доходов и их сопоставимости с расходами. Получается, что новость об обмене с ФНС — это потенциальное создание фундамента для следующего, гораздо более глобального этапа. Если законопроект в итоговой редакции позволит ЦБ получать детализированную информацию о доходах граждан из налоговой, в руках регулятора окажется вся необходимая база для проецирования методологии «светофора» на физических лиц. С технической и организационной точек зрения это реализуемо достаточно быстро: необходима лишь политическая воля. Какова тогда будет логика такого расширения? Практика показывает, что риски отмывания, серых схем и нецелевого использования средств свойственны не только бизнесу. Чиновники, сотрудники бюджетной сферы также могут быть вовлечены в теневые потоки. Возможность ранжировать физических лиц по уровню риска на основе сопоставления официальных доходов (данные ФНС) с реальным финансовым поведением (данные ЦБ) позволила бы не только выявлять налоговых уклонистов, но и более эффективно бороться с финансированием экстремизма, выводом активов и иными схемами с участием физлиц. В публичном поле цели и задачи получения этих данных пока не декларируются в полном объеме. Однако сам факт, что ключевые участники процесса — Центробанк, налоговая служба и Росфинмониторинг — уже договорились о базовых принципах взаимодействия, говорит о том, что такая опция рассматривается. С учетом этого, заявленный старт обмена данными в 2027 году — это, вероятно, подготовка инфраструктуры для перехода на новый уровень контроля, где стирается грань между налоговым контролем и финансовым мониторингом. Если система обмена данными заработает в полную силу, мы станем свидетелями создания в России единого контура финансовой прозрачности, охватывающего и бизнес, и граждан. И тогда вопрос «зачем Центробанку данные о доходах от налоговой» получит исчерпывающий ответ: для построения системы тотальной оценки рисков, где каждый получит свой цвет «светофора». Это и будет формирование новой реальности в сфере финансового контроля. Алексей Войлуков, МВА-профессор бизнес-практики по цифровым финансам РАНХиГС, автор ТГ-канала «Цифровые финансы» специально для СМИ