Прекрасная картинка, не правда ли? Идеально описывающая не столько кураж обесценивающей позиции, сколько попытку удержать боль в неприкосновенности. Не только вызов, но и защита: если мне еще никто не смог помочь, значит, я остаюсь собой, целым, неразгаданным — автономность мнится безопасностью. Это обесценивание не всегда является отказом от контакта; иногда это — попытка сохранить дистанцию, не быть поглощенным. Признать, что кто-то мог бы помочь, значит впустить другого, позволить ему повлиять, приблизиться. А значит — и усомниться в устоявшейся концепции «я одинок», что изнутри чувствуется несущей. Но что тогда останется от ощущения своей особости, своей закрытой, непостижимой истории? Глубинный, раздирающий в клочья душу конфликт: с одной стороны — уверенность в том, что понимание разрушит привычные границы, сделает уязвимым; с другой — боль разобщённости, невозможности быть рядом, быть с кем-то. Неосознаваемая тоска: «я не такой, как вы» слишком часто означает «я не умею быть с вами».