Каждый раз, когда мне попадается ролик в интернете, где пожарные спасают кого-то из дымной квартиры, я сразу хочу заиметь в пользование огнетушитель, противогаз и начинаю высчитывать какой длины понадобится веревка, чтобы спуститься с н…цатого этажа. Причем, всё зависит от того, где я нахожусь в момент просмотра видео. После «Зимней вишни» оглядывалась в торговых центрах -искала выходы и пыталась запомнить лабиринты, пока шла в кинозал. Видя чужую трагедию, пытаешься спрогнозировать, как бы чувствовал себя, что бы делал, говорил, если бы находился сам в этой ситуации. Если спасти можно только одного-спасать ребенка или человека в возрасте? Ребенок беспомощен, но ведь это не значит, что тридцати, сорока, пятидесяти, да хоть девяностолетний не хочет жить тоже. Как выбрать? Дилемма. Спасать себя или маму? Вопрос. Спасти маму или папу? Неразрешимо. И пока ты не в «боевых» условиях, ответа нет. Из чего сделать веревку, думаю я, просчитывая на сколько полос можно разорвать имеющиеся простыни, чтобы выдержала вес. Можно ли переждать на балконе, высунувшись в окно по пояс? Смогу ли шагнуть в окно, держась за канат, если нет шансов выйти в дверь? Не пойти ли на курсы промышленных альпинистов? Знать бы, что приготовила тебе жизнь, да постелить перину (или купить батут). Вспоминается еще герой романа Чернышевского «Что делать?». Может, помните-готовился он к жизни трудной, спал на гвоздях. Тоже-стелил солому. Пригодится или нет-а жизнь проходит. И кроме гвоздей иной раз мы ничего не видим. Только готовимся. То к худшему, а потому истязаем себя: вдруг не будет еды, воды, мягкой постели. То к тому, что будет лучше потом: не надеваем красивое платье, не достаем приличный-из «стенки»-сервиз. Пусть будет план на все случаи жизни. План. Не жизнь. Пусть будут разумные меры предосторожности. Меры. Не паранойя. Пусть у нас всё будет хорошо